Вот большой пушки он лишился и понимал, что его импульсник нам не угроза.
— Пушку бросить, скаф снять и мордой в землю.
— Слышь, знаешь, кто я такой?
— Если хочешь сдохнуть — могу помочь! Быстро бросил оружие и оттолкнул его от себя.
Наша цель всё же подчинилась, импульсник упал на грязный бетон забитого мусором проулка. И… он странно промедлил, смотря на меня. А затем пнул пистолет так, что он оказался бы у самых моих ног.
Мир замедлился, я опустил любимый игольник, получше прицелился и… попал.
Пистолет немедленно рванул, искрящее облако синей плазмы вспыхнуло между нами, а враг всё же прыгнул и ухватился рукой за выступ из дома. Хотел по верху сбежать! Впрочем, толку нет!
Его настигла следующая игла, а ещё очереди из ИВИ Эйджи и Дарьи, которая держалась наверху. Щиты не выдержали, и мужик рухнул на землю в слегка побитом вырубившемся скафе.
— Ну всё, допрыгался. Лежи смирно, вряд ли суду будет дело, если я привезу тебя с переломанными конечностями.
— Сбегу и порешу вас! И мои друзья помогут! Думаете скроетесь на своих вшивых перехватчиках? Чёртовы подстилки легавых!
Он всё продолжал ругаться, пока я стаскивал с него шлем.
— Знаешь про Пустотный Лунь?
— Знаю, и чё?
— Так вот, это мы их уничтожили, — я снял инъектор и не отказал себе в удовольствии наклониться к нему ниже, придавив его мордой к бетону. — А вообще не обольщайся, шваль. Мы просто решили чем-то занять себя в свободное время.
Мужик крякнул что-то невразумительное, транквилизатор введённый в шею быстро его отключил. Один есть…
— Что здесь происходит?
К нам с широкой улицы заявились вооружённые люди в бронекостюмах с пороховыми автоматами наперевес. Местная… хах… «полиция». Этого района, если точнее.
— Берём преступника. Вот мои документы и ордер. Могу передать вам файлы.
Я открыл голограмму на левом наруче и показал им.
— Так парни… — командир бросил другим, тут же вскинувшим пушки. — Пройдёмте-ка с нами.
— Препятствие захвату преступника, на которого выдан ордер третьей степени и выше, является нарушением федерального закона.
— Здесь не любят охотников за головами.
Я снял шлем и ухмыльнулся им в лицо.
— Я в курсе, амиго, но мне плевать. Этот ублюдок не относился ни к вашей шайке, ни к другим местным. Хочешь за него заступиться? Ну, давай постреляем.
— Мне нужно на него взглянуть.
— Да на здоровье, — я пнул лежачего, перевернув его лицом вверх. — Массовое убийство гражданских, терроризм на идеологической почве. Психопат и педофил. Я не буду рассказывать, что нашли на угнанном им корабле. И так небольшая вера в людей пропадает от одной мысли об этом. Но тогда он сбежал.