«Слияние» действительно сделает тебя частью колонии, источником энергии для каждого духа. Вернее, не так. Ты станешь проводником силы между мной и другими фейри, — наконец заговорил лес. — Это не помутит твое сознание, не навредит здоровью, даже, наоборот, но… ты больше не сможешь покинуть лес. Тебя просто не выпустят, будут держать здесь как ценный артефакт, запрут в растительной тюрьме на веки вечные’.
Что-то подобное я и подозревала, так что великую тайну Дарквуд не раскрыл, лишь подтвердил мои собственные догадки.
«Значит, они фейри…» Мне вспомнился момент, когда серые призраки на миг обратились в чернокожих людей. Неужели это их истинный вид? Тот, что был до… а, собственно, до чего? Как так вышло, что вместо свеженькой колонии стихийных сущностей златовласка умудрилась пробудить души дивных существ? Неужели Ева растревожила какое-то древнее кладбище? «Вполне вероятно», — подала голос Олла. «Не кладбище, — нехотя проскрипел лес, — ловушку, тысячелетия назад запечатанную сильнейшими иномирными магами».
Отлично! Наставница и тут отличилась! Выпустила на волю сидевших в заточении пленников, у которых теперь лапки чешутся наверстать упущенное, а мне все это расхлебывать! Удружила с наследством, ничего не скажешь!
«Но почему ты молчал⁈» — мысленно взвыла я, от досады впиваясь ногтями в черно-серую кору. «Потому что я — их творение. И если осмелюсь взбунтоваться, меня превратят в бледную копию леса, похожую на ту, где ты сейчас стоишь. Я их чадо, дети не должны идти против родителей. — С этим утверждением я бы поспорила, но не успела, так как Дарквуд заявил главное: — К тому же все это время действовало магическое табу». — «А теперь не действует?» — «Нет. Ты все верно поняла, фея, дерево — очень мощный магический проводник, через который к тебе перетекает моя сила. Рядом с ним другие чары слабеют, запретные в том числе. Разве ты не чувствуешь, как притупляется действие твоих меток?»
А я, обрадованная нашим плодотворным общением, сразу и не поняла, отчего мне так хорошо и спокойно стало, решила, что дело в энергетическом опьянении, а тут, оказывается, все гораздо интереснее.
«О-о-о, — победно улыбнулась я, поглаживая шершавый ствол осины, — какая удача! Значит, мы наконец все выясним! Итак, о твоих прародителях… Открыто ты против них не шел, но и помогать, насколько помню, тоже не спешил. Разве нет? Пытался меня всяческими правдами и неправдами сплавить с глаз долой, лишив их будущей королевы. Переселил в Дарквиль, сдав на руки жрецу. Было такое?» — «Было. А толку? От судьбы, как видишь, не уйдешь, с дарквудскими феями не поспориш-ш-шь».