Недовольно ворча и хмуря брови, Ильва поднялась на ноги и подошла к берегу озера. Там она сняла свои протёртые до дыр сапожки, скинула с плеч грязную накидку и ослабила узкий ремешок штанов.
— Отвернись! Сейчас же! — потребовала Ильва, поддерживая рукой спадающие портки.
— А? Зачем это? — удивился Фенрир.
— Я не хочу, чтобы ты видел меня голой!
— Ох, боги! Да на что там смотреть? Ты же худая, как иссохшая ветка. Кожа да кости.
— Эй! Это обидно, между прочим! Я ведь не специально голодала…
— Не переживай. Всё это поправимо. Откормлю я тебя, вот увидишь. Мигом округлишься в нужных местах, похорошеешь. На личико ты очень красивая, и такие глаза… Ох, от женихов отбоя не будет.
— Красивая? Да? — просияла Ильва, раскрасневшись.
— Так и есть! Зачем мне лгать?
— Это приятно, спасибо. Но… но ты всё равно отвернись. Стыдно мне.
— Ладно-ладно, не буду тебя смущать.
Фенрир покачал головой и занялся костром. Близился вечер, быстро темнело. Солнце спряталось за вершиной ближайшей горы, тени растворились в полумраке. Потянул холодный ветерок, принёсший с севера запах снега и льда.
Убедившись, что Фенрир не подглядывает, Ильва быстро разделась и нырнула в ледяную воду. Тут же над озёрной гладью разнеслись громкие девичьи крики, быстро переросшие в истошные визги.
— Да тише ты! Оглушишь же! — прошипел Фенрир, зажав уши руками.
— Не могу! Холодно! Холодно!!!
Ильва стрелой вылетела из озера, пронеслась по берегу и прильнула к костру, чуть было не спалив себе волосы. Мурашки покрывали её голое тело, руки и ноги сильно дрожали, губы казались белее мела.
— Не смотри! Отвернись! — взмолилась Ильва, сгорая от стыда, но не отходя от огня.
— Ох, ты действительно очень худа. Того и гляди рёбра проткнут кожу. Нельзя же так себя изводить.
— Не смотри, ну пожалуйста… — пропищала Ильва, желая провалиться сквозь землю.
— Ладно, грейся давай. Не стану мешать.
Фенрир отошёл от костра и направился к берегу озера. Возле самой воды лежала одежда Ильвы. От полуистлевшей материи воняло так сильно, что хотелось зажать нос и убежать как можно дальше.
— Это отвратительно… — едва слышно буркнул Фенрир.
Он спихнул грязную одежду в воду и принялся за стирку. По поверхности воды быстро расползлось мутное пятно. Стайки форелей почувствовали опасность и уплыли к противоположенному берегу. Их можно было понять.
Наконец Фенрир вернулся к костру и протянул Ильве сырую одежду.
— Подсуши немного, — напутствовал он, садясь возле огня.
— Спасибо! И так сойдёт, — сконфуженно промямлила Ильва, забрав своё тряпьё и быстро одевшись.
На какое-то время разговор прервался. Вокруг уже полностью стемнело. Близилась холодная весенняя ночь. На небе сияли мириады разноцветных звёзд. Из леса доносилось одинокое уханье совы.