— Ох! Ты уверена? Может, подождём хотя бы до утра?
— Нет, тянуть нельзя.
— Уговорила…
Фенрир обречённо вздохнул и пошёл собирать вещи, а Ильва выпорхнула на улицу и умчалась куда-то в темноту.
Через половину часа они покинули деревню и отправились в путь. Над головами мерцали яркие звёзды, похожие на крохотные самоцветы. Где-то у горизонта ходили тяжёлые тучи и сверкали молнии.
— Слишком странно, — проговорил Фенрир, опустив взгляд.
— А? О чём ты? — спросила Ильва, утерев рукавом глаза.
— Я говорю о бурях. Всюду над морем свирепствуют шторма, а над островом чистое небо.
— Может, это из-за рунического камня?
— Сомневаюсь…
— Тогда даже не знаю.
— Как и я. Хм, ладно, подумаем об этом позже. Лучше скажи, тебе уже полегчало?
— Немножко, — кивнула Ильва, едва заметно всхлипнув.
Прощаясь с дорогими подругами, она не удержалась от горьких слёз. Впрочем, Мия и Линн рыдали не меньше. И даже старый Олаф растрогался так сильно, что его пришлось успокаивать внучкам.
Фенрир едва слышно спросил:
— Ты уверена, что не хочешь остаться?
— Перестань, это нечестно! — прошипела Ильва, вжав голову в плечи.
— Что нечестно?
— Нечестно спрашивать меня о таком! Да! Я хочу остаться! Хочу поселиться с тобой в домике у озера! Хочу гулять с подружками и слушать недовольное брюзжание дедушки Олафа! Хочу просто жить!
— Ты думаешь, что этому мешает твоё «проклятье»?
— Да! Да!! Да!!! Я притягиваю неприятности! Из-за этого страдают люди! Даже умирают!
— Ты не виновата.
— А кто тогда?!
— Боги… — протянул Фенрир, невольно бросив взгляд на небо.
— Но что я сделала богам? Чем провинилась?
— Может, ты стащила у них со стола слишком вкусное мясо? — предположил Фенрир, пожав плечами.
— Ты ещё и смеяться надо мной вздумал?! — ахнула Ильва, уязвлённая до глубины души.
— Просто пытаюсь развеселить. Заканчивай жалеть себя и смотри только вперёд. Я уже обещал, что мы со всем разберёмся.
— Хорошо, но теперь это проклятье и твоя проблема! Вот так-то! Съел, да?! Не мне же одной мучаться!
— Конечно, будем страдать вместе, — заверил Фенрир.
Он улыбнулся краешком губ и прижал Ильву к себе. Та для вида побрыкалась, но быстро успокоилась и затихла.
Они достигли края плато и начали спускаться вниз. К этому моменту из-за далёких туч показалась синеватая луна. Она была неестественно большой и холодной, словно на небосвод повесили глыбу льда.
— Брр-р-р! — поёжилась Ильва, сильнее закутавшись в полы кафтанчика.
— Замёрзла? Мы можем развести костёр и подремать, — предложил Фенрир, оглядываясь в поисках сухих веток.
— Нет, сейчас мне не уснуть. Давай спустимся к подножию, там будет теплее.