Я посмотрел на него. Потом на небо, где уже занимался рассвет.
— Именно так я и сделаю.
— Ты точно спятил. Ты же хотел обсудить стратегию. Выслушать наше мнение.
— Ситуация изменилась, — я пожал плечами. — Теперь действуем по моему плану.
Я шёл к стану Амира один. Как и предполагал Кан.
Скелетоник сверкал в лучах восходящего солнца — броня корабля пришельцев, усиленная системным металлом, отражала свет, превращая меня в яркую, светящуюся фигуру. Это как раз соответствовало моей задумке. Всё складывалось отлично.
Я проверил оружие — меч, нагината. Всё было в порядке. Остальное зависело от моих товарищей.
Дрон кружил высоко в небе, передавая картинку. Я видел лагерь задолго до того, как подошёл к нему. Палатки, исходящие утренними дымками костры, фигуры в форме. Тысячи фигур. И среди них — маленького бегущего человека. И дворец Амира с дурацкой башней, похожей… да плевать, на что она похоже.
Абди влетел в лагерь, размахивая руками, что-то крича. К нему подбегали, обступали, слушали. Я видел, как колышется толпа — спящий зверь, слегка потревоженный неприятным жужжанием назойливой мухи. Отлично!
Потом кто-то заметил меня и указал в мою сторону.
Зверь всколыхнулся, зверь насторожился, замер в ожидании.
Я шёл, не скрываясь. Солнце вставало сбоку, отлично подчёркивая мой силуэт и отблески металла.
— Смотрите! — закричали в лагере.
Я услышал этот крик и остановился в сотне метров от первого ряда палаток. Достаточно близко, чтобы меня видели. Достаточно далеко, чтобы автоматная очередь не стала для них соблазном.
Люди выходили из палаток, смотрели, шептались:
— Это он… тот, о ком говорил Абди…
— Убил Господина Ти…
— Посмотрите на его броню…
Я ждал. Давал слухам время разойтись. Давал страху прорасти. Давал толпе возможность наполниться разумом.
Потом я поднял руку.
Толпа замерла. Она меня слушала, внимала.
— Я пришёл к вам не как враг, — сказал я, и голос мой, усиленный навыком, разнёсся над лагерем. — Я пришёл как судья. Амир, тот, кто называет себя вашим господином, совершил преступления, за которые нет прощения. Он убивал невинных. Он порабощал свободных. Он думал, что сила даёт ему право на всё.
Я сделал паузу. Голос лидера лучше звучал в пафосных речах, так что приходилось стараться.
— Он ошибался!
В толпе зашептались. Кто-то засмеялся нервно. Кто-то попятился.
— Ты кто такой, чтобы судить? — крикнул голос из толпы.
Да, не на всех действовало, но останавливаться я не собирался. Это было только начало.
— Я тот, кто уничтожил Стража соседнего осколка, — ответил я. — Тот, кто убил Господина Ти. Тот, кто стёр с лица земли ваш передовой отряд за несколько секунд. Я тот, чья сила превосходит всё, что вы видели.