Сплетаемся языками и улетаем.
Зайчик
Я просыпаюсь от того, что тело окутывает холод. Медленно разлепляю веки и присаживаюсь, натягивая на себя одеяло. Волчары нет рядом. Он стоит около окна спиной ко мне. Сердце пропускает удар, потому что в памяти всплывают кадры вчерашнего вечера и ночи. Внутренности сжимаются в ком, и я спускаю ноги на пол. Перед глазами ворох нашей одежды, беспорядочно разбросанной вокруг кровати. Тяну к себе трусики и футболку со штанами.
— Доброе утро, — произношу, поправляя волосы.
Кирилл напрягается всем телом, но не поворачивается ко мне. Прикрываю наготу и сглатываю. Видимо, шумно, потому что Волков поворачивается, а я отшатываюсь. Взгляд у него очень странный. Далекий от того, который я видела и чувствовала на себе вчера. Сердце болезненно сжимается. Шаг ко мне. Не успеваю понять, как сокращает между нами расстояние и сжимает лицо пальцами, шокируя меня грубостью.
— Ты… Я…
Начинаю мямлить, а он кривится. Так противен мой голос?
— Ты зачем мне это позволила? Зачем к себе подпустила?!
Рот бы открылся, но он сжимает мне челюсти. Глаза увеличиваются размере, пока мозг работает на пределе возможного. Хочется мотнуть головой и откинуть прочь ужасающие мысли. Слишком больно представлять, к чему сейчас приведет разговор.
— Не кричи на меня…
Только на это хватает сил, но Волчара не слышит. Неадекватно смотрит на меня и…
— Лид, какого хера, а?!
— Отпусти! Мне больно!
Отходит, водя по голове пальцами, а я задыхаюсь от его реакции. Нет там ничего, кроме разочарования. Словно я последняя девушка, с которой бы он лег в постель.
— Блядь! — пинает стул, а я вздрагиваю.
Впервые за время, которое мы играем спектакль, становится страшно. От каждого удара сердца в голову отдает гулом. Меня будто на волнах качает. На очень мощных волнах.
— Я позволила, — сглатываю, — потому что… влюбилась…
Застывает. Вижу лишь его напряженную спину. Чувствую, что признанием довела до точки. Сердце колотится, как ненормальное. Все его слова, ласки и… Неужели пьяный бред?
Дрожь по телу не затихает. Жду его слов. Да, хоть какой-то реакции! Молчание убивает…
— Зря, — поворачивается.
Глаза неживые. Смотрит так, словно нет меня в комнате. Пустое место.
По груди разливается жгучий кипяток. Мне даже физически сейчас больно дышать.
Жду. Наивно жду, что он скажет хоть что-то приятное. Успокоит, но…
— Я не могу ответить тебе взаимностью, мамочка. Извини…
Бах… Сердце вдребезги… Вот так просто…
Несколько слов, а у меня все внутри обрывается. Перед глазами всплывают картинки, подтверждающие его слова. Как он смотрит на девушку в платке, как она разговаривает со мной, его реакция вчера на ее появление. Все это прибивает гвоздями к полу.