Громкий стук в дверь заставил меня неловко улыбнуться жующему бутерброд сыну.
В следующий миг дверь приоткрылась, и в нее просунули пышный букет темно-красных пионов.
Следом за пионами показался их владелец. Богдан Чернов был старше меня на несколько лет. Он был крупным мужчиной, уверенным в себе. Черты лица, правда, были простоваты (куда ему до распутного Стенли!), да и интеллектом он не блистал, но внешний прикид компенсировал этот недостаток. Брендовые шмотки, украшения, бандитский прищур – Богдан был из тех мужчин, что любили крушить все вокруг и носить на себе печать благополучия. Рубашка яркого фиолетового цвета навыпуск, и обязательно расстегнутые верхние пуговицы, чтобы была видна тяжелая золотая цепь с палец толщиной. Золотая печатка, массивный золотой браслет, слишком приторный парфюм – в общем, Богдан любил выпендриваться перед всем городом, и город к этому привык. А тому, кто не привык, Чернов мог запросто дать по шее. Махать кулаками он любил еще больше, чем считать прибыль от продажи в своем торговом центре.
Единственное, чего никак не мог добиться Богдан – это моей благосклонности. Видимо, вчерашнее согласие, данное мной в ущерб себе, чтобы успокоить маму, вдохновило его на подвиг: он прибыл с пионами встречать меня с работы.
– Ах, какая красота! – взглянув на букет, зарделась я.
– Для прекрасной дамы – самый прекрасный букет в округе! – охотно сообщил мой воздыхатель. Вручил мне букет и тут же сгреб меня в свои объятия-лопаты.
Я напряженно сглотнула и едва успела увернуться от его пухлых губ, жаждущих поцелуя.
– Богдан, я вынуждена тебя огорчить, – осторожно произнесла я. – Сегодня в город прибыл владелец издательства. Он требует, чтобы в семь часов вечера я приехала в ресторан, чтобы поужинать с ним.
Лицо моего воздыхателя вытянулось. Чернов был настолько потрясен, что ослабил хватку, позволив мне отступить к окну.
– Я вот сейчас не понял: ты меня только что кинула? – вкрадчиво поинтересовался он.
В отчаянии я всплеснула руками.
– Я вынуждена поужинать с ним, иначе он меня уволит!
– Ах, вот оно что! – Богдан прищурился. – Значит, в город вернулся пижон Стенли, сын этой задаваки писательницы, и начал качать права?.. Ничего, я сопровожу тебя сегодня вечером. Сначала мы побеседуем с твоим боссом, а потом пересядем за столик в беседке, который я забронировал еще вчера вечером. Ты не можешь отказаться, Влада! Для нас с тобой заказана целая романтическая программа. Нам даже серенаду будут петь!
Я прижала к груди пионы. Как объяснить Богдану, что он меня ни капельки ни интересует?