Я присел возле саженца яблони, любуясь этим волшебством. Так бы его и назвали в моём мире. Здесь же такое было в порядке вещей.
Распустившиеся листья колыхались на ветру, и по ним пробегали магические искры. Как и по сучьям, и по стволу. Как мне обещали в этой фирме, уже через пару дней саженцы вырастут в деревья и начнут цвести, а затем дадут плоды.
Я прошёлся по будущему саду, затем прошёл на новый участок. Здесь было то же самое. Побеги активно развивались, и весь засаженный участок мерцал, будто был покрыт новогодней гирляндой.
Недалеко от сарая под землёй внезапно что-то вспыхнуло, и оттуда вылетел Карыч, окутанный сиянием.
— Я нашёл лазейку! Почти прорвался к артефакту, Лёха! — верещал он, блестя глазами словно жемчужинами.
Он сел на моё плечо, и я услышал над ухом негромкое потрескивание. По оперению материализовавшегося питомца проскакивали крохотные молнии.
— Это значит, что у тебя всё получилось? — спросил я.
— Не, я лишь на пару секунд получил доступ к поисковику, — рассмеялся Карыч. — И знаешь что?
— Ну, говори давай, — не выдержал я. — Что за привычка делать паузы?
— Я знаю, в чьём обличье скрывается Небула, — довольно сообщил пернатый.
В одном из питомников Москвы, в это же время
— Олечка, прошу тебя, по-человечески, глянь, что опять с Гердой, — попросил её управляющий питомником.
Оля выдохнула. Опять двадцать пять. После того как Герда ощенилась, постоянно её дёргают к этому вольеру. Два щенка странно себя вели, и, скорее всего, были чем-то больны. Они то кружились на месте, то ходили взад-вперёд, ловили что-то лапами в воздухе и чмокали беззубыми ртами.
Судя по всему ОКР, обсессивно-компульсивное расстройство, как сказал ветеринар, который приходил час назад. Анализы он уже взял, и результаты должны быть через пару дней.
А сейчас…
Рычание, вой, какая-то возня со стороны вольера № 45.
— Ну что там опять? Герда! — Оля обратилась к ощенившейся овчарке, когда оказалась у клетки. — Ты что, с ума сошла?
Мать щенят забилась в угол, поблёскивала глазами и скулила, подвывая. Ну а два крупных щенка бегали вовсю по вольеру и чмокали пастями, будто что-то ловили в воздухе. Хотя ведь ещё были слепыми, что дополнительно подтверждало вердикт ветеринара.
Ещё одной странностью было то, что Герда была на случке со светлым кобелём, и сама светло-коричневого окраса. А вот щенки чёрные как смола.
— Иди сюда, мой хороший, — Оля вытащила из вольера одного из щенков, подняла на руки и прижала к себе, чувствуя, как у него сильно бьётся сердце. — Что с тобой, дружок? Почему к мамкиной титьке не идёшь? Держи.