Работать на кухне — сплошное удовольствие! Ароматы летают в воздухе такие, что живот начинает моментально урчать. Да, Петрович нас загонял. Принеси, подай, свали от печки, не мешай. Но я особо и не настаивал. Секретный ингредиент добавлен, а значит, мне тут больше делать нечего.
Спустя два часа блюдо было готово. Картошка развалилась, превратившись в мелкую кашицу, а двадцать банок тушенки, которые Петрович высыпал в кастрюлю, дали такой слой жира, что испытываешь сытость от одного взгляда на эту пищу богов. Наш руководитель решил снять пробу. Взял деревянную ложку и полез в кастрюлю, которая всё ещё стояла на огне.
— Твою мать! — вскрикнул он и отдёрнул руку, когда булькающее варево брызнуло ему на кожу. Вытерев руку о штаны, Петрович с удивлением уставился на неё. — Это что такое?
Вся кисть моментально покрылась красными пятнами. Старик поднял на нас взгляд, размышляя о чём-то, а после ткнул в меня пальцем.
— Блондинчик, топай сюда. Пробу снимешь, — сказал Петрович, хитро прищурившись.
А вот и паранойя подъехала. Думает, что мы отравили кашу? Что ж, он чертовски прав. Я без опаски зачерпнул полную ложку варева, предусмотрительно подул на него, остужая, и запихнул в рот. На удивление, кровь совершенно не поменяла вкус картошки. Обычная картошка с тушенкой. Правда, горячая.
— Фвуфно, — сказал я и улыбнулся, после чего передал ложку Лешему.
Лёха с опаской зачерпнул кашу, подул на неё, а после отправил в рот.
— Ага. Отлично вышло, — подтвердил Леший мои слова и передал ложку Серому.
Но Серый пробу так и не снял. Петрович выхватил у него из рук столовый прибор.
— Хорош жрать, троглодиты. Хватайте кастрюлю и тащите на улицу. Сперва ребяток накормим, потом сами похаваем.
Так мы и поступили. Леший взялся за левую ручку кастрюли, я за правую, Серый и Артём поволокли на улицу стол, а Макар — таз с нарезанным хлебом. Петрович открыл дверь, и нас обдало морозным дыханием. От каши вверх взметнулось густое белое облако, скрыв нас с Лешим из виду. А ещё послышался одобрительный гул.
— О-о-о! Жрачку приготовили! Вот эт дело! — радостно загудел мощный бас.
— Петрович, как тебе новые работники? — с насмешкой спросил хриплый голос.
— Да как? Рукожопы, ну ничё, научатся. Хе-хе, — засмеялся Петрович и достал из кармана бумажку, в которую тут же принялся насыпать табак.
Серый и Артём поставили стол посреди двора, мы с Лешим взгромоздили на него кастрюлю, а рядом Макар водрузил таз с хлебом. Спустя секунду нас оттеснили голодные бойцы.