Я помолчал немного и, серьёзно глядя в глаза Вяземскому, добавил:
— Генерал, вы же помните о моей просьбе? Не бросайте моих людей в самое пекло. Отправьте их в тыл. Они заслужили отдых.
Генерал широко улыбнулся и ответил уверенно:
— За это можете не волноваться. Ваши бойцы останутся в городе Хор, фронт продвинулся на пять километров вперёд, так что они сейчас в полной безопасности.
Услышав это, я почувствовал облегчение. Пожав руку генералу, я глубоко вдохнул и активировал телепортационный камень, мысленно приготовившись к встрече с Императором.
Оглушительный хлопок больно ударил по ушам, мир перед глазами завертелся, и когда тьма рассеялась, я уже стоял посреди широкой площади, вымощенной крупной гранитной плиткой. Здесь было пусто и тихо, лишь ветер лениво перекатывал опавшие листья.
— Готов спорить, что это не Хабаровск… — задумчиво проговорил я, заметив одиноко стоящую фигуру.
Прямо передо мной, широко улыбаясь, стоял князь Пожарский. Его взгляд был цепким и насмешливым, глаза светились неподдельным азартом.
— Мне велено сопроводить тебя к Императору, — произнёс он с нотками насмешки в голосе, — однако…
Пожарский хищно улыбнулся и пристально посмотрел на меня, явно оценивая мои способности и одновременно бросая вызов:
— Краем уха я услышал, что ты, оказывается, достиг ранга абсолюта. Подумать только, — хмыкнул Пожарский, окинув меня взглядом с ног до головы. — Я стал абсолютом ближе к сорока, а ты вдвое быстрее.
— Что тут скажешь? Мне повезло, — улыбнулся я, а после добавил. — Ярополк Степанович, а мы с вами уже перешли на ты? Не думал, что заочно можно стать друзьями.
— Ха-ха! А к чему эти формальности? Уважение можно заслужить лишь силой. А судя по донесениям, ты, Михаил Даниилович, чертовски силён. И… — он расплылся в хищной улыбке и стальным тоном продолжил. — И мне страшно хочется проверить лично, так ли ты хорош, как о тебе говорят?
Что этому психопату от меня нужно? Я только что вышел из одной бойни и толком не успел восстановиться, для того, чтобы сражаться с абсолютом. Я вскинул руки, слегка отступив назад, пытаясь сгладить напряжение:
— Мои заслуги слишком преувеличены. Мне до ранга абсолюта — как раком до Китая.
Но Пожарский не стал слушать. Он вынул меч из ножен и, яростно ухмыльнувшись, шагнул в мою сторону.
— К чему эта скромность? Вместо пустословия, пусть лучше говорят наши клинки, — прорычал Пожарский, покрывая лезвие меча жарким пламенем, от которого стал вибрировать воздух.
— Успокойтесь! Я здесь ради встречи с Императором, а не чтобы сража…
Договорить я не успел. Пожарский с диким блеском в глазах громко выкрикнул: