Максим Харитонович, откинувшись на спинку кресла, внимательно изучал какие-то бумаги. Заметив меня, он улыбнулся наклонившись вперёд.
— Внучок, пожаловал. Ну, присаживайся, — сказал дед, улыбнувшись. — Кстати, твой оракул весьма толковый парень. Изучая пророчества, он выдал кое-что крайне интересное.
Я присел напротив деда, чувствуя непривычное спокойствие и тепло рядом с человеком, который за короткий промежуток времени стал мне родным. Я осмотрелся и вопросительно поднял бровь.
— А что за гостеприимство такое? Внучка вообще будут угощать чаем с печеньем? — наигранно возмутившись, спросил я.
Максим Харитонович расхохотался и кивнул.
— Ты прав. Сперва чаёк, потом и о делах поговорим.
Максим Харитонович достал заварник и две кружки, налил ароматный травяной чай, а после выставил на стол две вазочки. В одной были конфеты, а во второй печенье.
— О! Иришкино печенье! — радостно выпалил я, сразу узнав аромат фирменной выпечки медсестры.
— Оно самое, — кивнул Максим Харитонович. — А пока жуёшь, послушай, что Феофанчик выдал. — Взяв бумаги со стола, дед медленно зачитал строки пророчества. — «Пиковая Дама отринула слабость, укутав сердце сталью. Растопить его под силу лишь человеку с чистой душой».
Я невольно рассмеялся и собирался выдать ироничный комментарий, но в этот момент дверь кабинета распахнулась, и внутрь уверенным шагом вошёл Артур. Он остановился у стола Максима Харитоновича и вопросительно уставился на меня.
Дед, широко улыбаясь, торжественно произнёс:
— Артур, познакомься. Это Михаил Константинович, новый глава рода Багратионовых.
Артур внимательно пригляделся ко мне, открыл было рот, чтобы что-то сказать, а после закрыл. В его глазах промелькнуло узнавание; прищурившись, он указал на меня пальцем и спросил:
— А ты, случаем, не приходишься родственником мальчишке из Ленска? Его тоже Михаил Константинович зовут.
Я весело засмеялся, поняв, почему Артур решил, что у меня есть братишка или даже сын. Ведь мы с Артуром встречались, когда на вид мне было лет пять-шесть. А сейчас перед ним сидит девятнадцатилетний парень с бородой и усами. Кстати, надо побриться, а то борода уже начинает чесаться, и это мне не нравится.
— Родственник? — спросил я. Поднявшись с кресла, я подошел ближе и протянул Артуру руку. — Вообще-то это я и есть. Кстати, держи пуговку, возвращаю.
В моей ладони появилась пуговица с изображением «Уробороса». Артур удивлённо уставился на неё, а потом на меня.
— Ой, только не рассказывай мне, что шляясь по аномальной зоне, ты никогда не встречал временных аномалий, — вздохнул я, понимая, что растерянность Артура чересчур затянулась.