– Эми-и-и-иль! – кричу истерично.
Все тело дрожит. Не знаю почему. Наверное, от страха. Она же сейчас там совсем одна в этом холодном и опасном лесу, так еще и с Балетмейстером на хвосте. А что если он… Балет он просто псих. Хоть и профи своего дела.
– Босс, что случилось? – врывается в комнату обеспокоенный помощник. – Вы как?
– Эми-и-и-иль, – говорю протяжно и машу перед ним тестами на беременность. – Эмилюшка…
Он мигом считывает страх в моих глазах. Выхватывает тесты на беременность. Сразу же вникает, что к чему. Набирает номер телефона.
– Эми-и-и-иль, – говорю слишком тихо.
На большее просто не хватает сил. Все тело как будто парализовало. Не шелохнуться.
– Отбой! – кричит Эмиль в трубку. – Отмена операции. Объект в положении.
– Принято, – слышу на том конце связи.
– Станислав Валентинович, нам надо срочно туда подъехать, – говорит Эмилюшка взволнованно. – Балетмейстер, возможно, не остановится просто так. Марина напугана скорей всего и это опасно.
Не могу дышать, не могу говорить, не могу даже встать. Лишь жалобно киваю головой. Конечно, он прав во всём и от этого лишь страшней.
– Ве… – пытаюсь выдать из себя хоть слово. – Ве-е-е…
– Не понимаю, что вы… – Эмиль наклоняется ко мне ближе, чтоб расслышать, что я пытаюсь сказать.
Глубокий вдох. Стас Калини всегда должен все контролировать. Нет времени на слабость. Выдох:
– Вертолет! – выкрикиваю, и Эмиль недовольно потирает ухо. – Вертолет готовь. Времени в обрез.
Резко встаю и скидываю с себя эти чертовы подухи, будь они не ладны.
Поправляю рубашку. Разглаживаю прическу. И как только я допустил слабину в своем мире? Сжимаю кулак.
– Срочно! – снова подгоняю Эмиля. – Нет времени рассиживаться.
Он судорожно перебирает все номера, ищет нужный.
Ну, Черская, берегись! Решила слинять с моим ребенком? Не выйдет, дорогуша. Найду. Поймаю и больше не отпущу. Если надо что-то сделать хорошо,то только самому!
Резво выхожу из квартиры, прихватив одну подушку в виде зайца. Полет будет не простой, может, пригодится. Пока никто не видит, вдыхаю приятный аромат, что остался на подушке.
Марина
Больной, ненормальный, псих, изврат, да по нему все психушки мира плачут. Как там его? Балет кажется, называли. Что это вообще за кликуха такая?
Хорошо, что папенька обучил меня в свое время таким приемам. Всего пару четких ударов по точкам и жертва парализована. А нефиг было нападать на бедную беззащитную женщину. Пускай радуется, что я не применила фирменный прием отца. После него не все еще и ходить могут. Скучаю по отцу безумно. И по маме. Она так мечтала о внуках. А теперь что?