Пришлось кратко поведать о своих приключениях в этом мире. Когда закончил рассказ, Виталий Викентьевич произнёс:
— Удивительная история. Представляете, Тимофей Васильевич, но она частично мне известна. Вы очень популярны на Дальнем Востоке, да и здесь о вас многие знают. Правда, рассказывают, в основном казаки, о новом Ермаке. А Вы, действительно, свой род от покорителя Сибири ведёте?
— Виталий Викентьевич, я не знаю. Но в станице Черняева, откуда я родом, многие так считают. Особенно старейшины. А правда или нет⁈ Бог его знает.
— А вот и Сергей Александрович, — произнёс Морозов, глядя в открытый проём-дверь кабинета.
Я, чуть развернувшись на стуле, проследил за взглядом капитана и увидел, как в нашу сторону идёт решительным шагом офицер старше тридцати лет, из-за бородки и очков, очень похожий на Чехова. На его груди был красно-золотой орден Станислава третьей степени.
Поднявшись из-за стола следом за Морозовым, дождался, когда подполковник подойдёт к нашему столу.
— Сергей Александрович, очень рад Вас видеть. Позвольте представить вам Генерального штаба капитана Аленина-Зейского, он следует в распоряжение генерал-губернатора Приамурья Гродекова, — произнёс капитан Морозов. — Тимофей Васильевич, а это мой очень хороший товарищ и друг подполковник Рашевский. Лучший специалист Квантуна по фортификации.
Мы с Рашевским одновременно склонили головы, при этом я заметил уважительный взгляд, который бросил подполковник на мои награды.
После представления, мы все сели за стол, уже заставленный официантами разнообразными блюдами и спиртными напитками. Отдав должное прекрасному обеду, в основном из европейских блюд и французскому шампанскому шанхайского происхождения, Рашевский и Морозов закурили, а я, помаленьку пригубливая, расправлялся с вишнёвым ликёром, который нашёлся в ресторане.
— Как обед, Тимофей Васильевич? — выпуская кольцо табачного дыма, поинтересовался Морозов.
— Прекрасный! Я не чревоугодник, но иногда хочется поесть чего-то вкусного, — ответил я.
— Полностью с Вами согласен, — вклинился в разговор Рашевский. — Маленькие радости позволяют более позитивно смотреть на окружающий мир.
— И как здесь с маленькими радостями? Ихэтуани не мешают? — поинтересовался я.
— Ну что вы, Тимофей Васильевич, в Китае подобные беспорядки происходят каждый год в какой-нибудь из провинций. Не стоит им придавать значение, — выпуская папиросный дым, произнёс Морозов. — Наш дипломатический корпус в Пекине никогда не обращает никакого внимания на все эти возмущения. Эти беспорядки в порядке вещей.