Моя Эми порхает на сцене как бабочка. Едва музыка останавливается, она улыбается. Наклоняется, поблагодарив всех жестом, покидает сцену.
«… Первое место занимает Бестужева Эмилия. Это ее не первая победа… » — звенят в ушах слова диктора.
Я готова плакать в голос — это от счастья. Готова обнять дочь, прижать к себе и сказать, как я ее люблю.
— Ты же понимаешь, что это твоя заслуга? — наклоняясь, говорит муж.
Эмин молча снимает все на камеру, и на его лице так и сияет широкая улыбка. Он рад за сестру. Он рад за нас, за нашу семью. Сын у нас не совсем послушный, однако слова сестры для него — закон. Ни разу не видела, чтобы он пошел против нее, спорил или же что-то делал не так, как она говорит. Бывают же братья и сестры, которые постоянно ругаются. Вот у моих детей такого вовсе нет. Никогда не было. Они постоянно защищают друг друга, даже если кто-то из них не прав.
Ближе к девяти мы оказываемся дома. Каждый бежит в свою комнату, принимает душ, и уже через минут двадцать сидим за одним столом. С одной стороны мы с Эмилем, с другой — Эмин с Эмилией.
Дочь сияет от счастья.
— Итальянка классная была. Жаль, что осталась на седьмой позиции, — усмехается сын, отправляя в рот кусок мяса.
— Ты что — втюрился? — усмехается дочка. — Кстати, реально классная девочка. И танцевала отлично, но она там чуть накосячила. Вот и спустилась вниз.
— Эми, я горжусь тобой, — вырывается у меня. — Так счастлива… Слов нет описать.
— Мамуль, а помнишь, как я плакала после пары недель тренировок, когда ты меня только записала на танцы? — вспоминает дочь. — Там преподавательница такая ужасная была. Постоянно орала на всех. Поэтому я не хотела туда идти. Как хорошо, что ты поняла меня с первого раза и нашла другое место. Если я добилась стольких побед… То только благодаря тебе.
Эмиль улыбается, обнимая меня за плечи.
— Видишь, она повторяет мои слова, — и целует в щеку.
А мои глаза снова наполняются слезами. Не знаю, почему так остро реагирую на все. Но в последнее время я стала слишком чувствительной, эмоциональной.
— Мы и сейчас пытаемся сделать для вас все самое лучшее, — шмыгнув носом, как ребенок, делаю глоток сока. — Посмотрите, как мы счастливы, когда вы поднимаетесь на вершину. Только, Эмин… Скажу тебе честно: мне совсем не нравится, что ты занимаешься боксом.
Сын вопросительно выгибает бровь.
— С чего это? — искренне удивляется он.
— Потому что постоянно с синяками домой возвращаешься.
— Арин, прекрати, — вмешивается муж. — Он мужик вообще-то. А от синяков он только крепнет.
— Ага. И скоро станет чемпионом мира, — смеется дочь, поднимая бокал. Салютует. — Давайте выпьем этот апельсиновый сок за то, чтобы быть всегда такими счастливыми. Чтобы до конца жизни делиться радостью, быть рядом друг с другом. Любить, заботиться, поддерживать. Как хорошо, что вы у меня есть. Как хорошо, мамуль и папуль, что вы мои родители. И как хорошо, что у меня есть такой братишка, который никому меня в обиду не даст. За нас, мои родные. За нашу счастливую семью.