И почему-то я сразу же возвращаюсь в тот день… Больше восьми лет назад. Я вынужденно стояла рядом с Глебом и терпела каждую его выходку. Ибо он обещал, что Эмилю не поздоровится, если я пойду против него. И я как миленькая играла по его правилам. Вот же тупая! Знала бы я тогда правду… Всего того, что произошло со мной, я не пережила бы.
— Чего грустишь? — доносится прямо у уха. Эмиль касается губами мочки, целует.
— Ничего. Наоборот, радуюсь за влюбленных, — киваю на телевизор.
— Вот оно что, — берет меня за талию и, как пушинку, поднимает, насаживая сверху. — Значит, мне показалось.
Боже, эта сексуальная хрипотца в его голосе сведет меня с ума.
— Эмиль…
— Чш-ш-ш, молчи, — командует он, гладя мое лицо костяшками пальцев. — Волчонок, хотел подготовиться как надо, однако терпение на исходе. Работу оставить не могу, сама знаешь, какой у меня сейчас график. Говорил ведь… Проблем пока что много. Но осталось совсем чуточку. Скоро и тут все решу и…
— И? — перебиваю шепотом. — Что потом?
— Потом хочу отдохнуть с семьей. А сейчас, любимая, меня волнует лишь один вопрос. Почему на твоем безымянном пальце нет кольца? Которое будет означать лишь одно: ты моя.
— Потому что ты мне его не подарил? — усмехаюсь его словам.
— Вообще-то я его купил еще до того, как улетел в Штаты, — наконец признается он. — Как раз забронировал столик в хорошем ресторане. Планировал провести с тобой вечер и сделать предложение. Но получил звонок от друга, и все мои планы разрушились…
— Эмиль, а ведь еще не поздно, — выдаю еле слышно, прижимаясь губами к его шее.
— Дай рассказать, Волчонок, — руки Бестужева скользят к спине, пальцы изучают каждый позвонок. А у меня мурашки по коже бегут, и в жар бросает. — Пришлось улететь. Что случилось потом — ты сама прекрасно знаешь. Вот как только понял, что все… Что в Америке меня ничего больше не задерживает, так там же заехал в ювелирный магазин и купил новое кольцо. Оно куда красивее, Волчонок. Скромное, но смотреться оно на твоем пальце будет гораздо лучше.
— И когда я увижу его?
Эмиль стягивает с меня платье одним движением. Разглядывает грудь, поднимается к губам, затем к глазам. На его лице появляется легкая улыбка. А в глазах загораются хитрые огоньки.
Бестужев достает коробочку из кармана, открывает крышку. И я сразу же сглатываю ком в горле, увидев обручальные кольца. Там их сразу два.
— Боже мой… Эмиль, это же… Господи, какая красота…
Я достаю то, которое поменьше. Да, кольцо, которое я нашла в шкафу, было с камушком, а это простое, но весом гораздо тяжелее. На внутренней стороне замечаю надпись.