— Зачем он тебе? — тихо поинтересовалась Орина, когда мы приблизились к выходу из крыла дома. — Дурак ведь. Проще убить.
Возможно. Почти всегда проще прикончить, чем разбираться. Да и подозрения я бы от себя разом отвёл. Но… Убивать всех подряд, независимо от того, сделали они мне что плохое или нет? Ну да — это легко и просто. Чего тут — метнул диск или нажал на спусковой крючок и как говорит Йован «Чао, здраво, довидженя».
Вот только я слишком хорошо представлял, в кого быстро превращусь. Стоит начать расширять границы морали, как процесс станет не остановить. Сначала убиваешь тех, кто может в теории представлять для тебя опасность и чистишь свидетелей. Потом валишь людей, потому что так проще, чем договариваться. А дальше начинаешь отстреливать голову прохожим, что косо на тебя глянули.
Утрирую, конечно. Но как-то так оно и произойдёт. В этом я был практически полностью уверен. Если подумать — процесс полностью совпадал с аналогичными. По точно такому же принципу развивались все иные, взрощенные человеком самостоятельно, психологические патологии.
— Может пригодиться, — посмотрел я на орчанку. — Здесь его не найдут, даже если попытаются. А лишний козырь нам сейчас не помешает.
Это тоже отчасти верно. Потому как решение по поводу предложения Ярослава, я уже принял. Соглашусь на Багдад. Столкнув графского внука с Приказом тайных дел. Пусть пободаются, обеспечив мне пространство для манёвра. Возможно и какие-то гарантии получится выбить из третьего управления — это уже надо будет с Виталием обсудить.
— Тони, — радостно заорал этот самый хэвир, который что-то горячо обсуждал с Фотом. — Наконец-то!
— Босс, мы вас ждали! — заявил вскочивший с деревянного ящика Кэп, пряча за спиной надкушенную сардельку. — Честно-честно.
— Вы ещё скажите, даже пиво не открывали, — заржал Йован, который присоединился к нам вместе с тётушкой Канн. — И рёбрышки не грызли.
На какую-то долю секунды воцарилась полная тишина — взгляды почти всех присутствующих ушастиков устремились на босанца.
— Никак Отелло родной брат тебе, — заговорил первым Фот. — Раз так неймётся молвить глупость и всех сдать.
— А мне ты ваще теперь не брат, — заявил другой коротышка, отодвигаясь от босанца. — И буреки с сыром — тема! Живи с этим!
Единственное, что предотвратило масштабную перепалку — мой громкий смех. К которому быстро подключились почти все присутствующие.
— За кобольдов! — когда смех затих, посерьёзневший Гоша поднял руку с бокалом пива. — За тех, кто рихтовал кислых уродов, пока мог! За панцирных братьев!