— Почему тогда пошла? — прищурился я, скользя взглядом по её телу. — Могла ведь просто отказаться.
— Ну да. Откажешься, тут, — наморщила она нос. — Ты себя видел? Глаза сверкают, рык такой, что дома трясутся. Лицо безумное. На заднем фоне твой гоблин орёт, что сейчас всех будет крематорить на пафосе. Во дворе косуля копытами бъёт так, что фонтаны земли взлетают. И коболь с мечом, который у которого волосы красные по воздух развеваются.
— Ты ещё скажи, что пожалела? — вернув взгляд на её лицо, я задал очевидный вопрос.
Она перевернулась на спину и забросив руки под голову, уставилась в потолок. Идеальная поза для демонстрации груди. О чём она наверняка в курсе.
— Даже не знаю, — протянула эльфийка. — Вроде оно и неплохо всё было. Но чуть креатива бы не помешало.
Вот это она сейчас зря. У меня в голове аж сценарии закружились. И организм приободрился. Креатива ей не хватает? Ладно. В следующий раз покажу, насколько изобретателен может быть мужской разум. Особенно, если поместить его в тело дарга.
— Сразу отмечу — ты сама это сказала, — посмотрел я на неё с усмешкой. — Ко мне потом никаких претензий.
— Не поняла, — снова повернула она ко мне голову. — Так. А ты чего такой довольный? Мы похоже о разном креативе говорим. Слышишь? О разном!
— Не, — изобразил я покачивание головой, лёжа затылком на подушке. — Поздно. Предложения и жалобы не принимаются.
Арьен тихо хмыкнула. Ещё несколько секунд, прищурившись, рассматривала меня. Потом снова уставилась в потолок.
— А что дальше, Тони? — вот похоже и драма снова начинается. — Мой дядя не уберётся без результата.
Если смотреть на вопрос под таким углом, то он вообще-то вполне решаем.
— Он может и вообще не вернуться, если что, — отметил я очевидный факт. — Под Мглой чего только не случается. И дронов там никаких нет.
— Не забыл, что о моём дяде говоришь? — с лёгким возмущением в голосе поинтересовалась девушка.
Наигранно она как-то протестует. Без искры, я бы сказал.
— Только не пытайся меня убедить, что ты его любишь, — выдохнул я. — Я ж твои глаза видел. Сама бы пулю в голову всадила.
— Или гранату в глотку забила прикладом, — неожиданно не стала отнекиваться она. — Только, если он тут сдохнет, меня просто вычеркнут. И всё. А я так не хочу. Понимаешь?
Откуда у неё такая зацикленность? Мозги с детства промывают? «Целуй руку, которая сечёт тебя розгами каждый день» или что-то в таком духе. Хотя, есть же и другие варианты контроля.
— У тебя там кто-то из близкой родни остался? — я оторвал взгляд от её сисек, на которые пялился последние тридцать секунд и посмотрел на лицо. — Они оставили заложников?