На этом моменте я всё-таки развернулся на месте и кинулся к лестнице. А спустя считанные секунды уже выскочил под боковой навес, где раньше стояли летние столики местного ресторана.
Рядом тут же оказалась фыркнувшая Кью, которая непрерывно посвистывала, рыла землю копытами и жалась ко мне. Только я опустил руку на её шею, пытаясь успокоить животное, как с другой стороны пальцев коснулся холодный металл. Эспра решила последовать примеру своей товарки и фактически подлезла под мою руку.
— Чё тут как, Тони? В норме они? — поинтересовался выскочивший следом за мной Гоша, который сразу принялся оглядываться вокруг. — Откуда эта япнутая дрянь вообще взялась?
— Дарг, который гладит мглистую косулю и живую кофемашину, — послышался голос Румянцева, в котором звучала наигранная ирония. — Будет о чём рассказать, когда вернусь.
Снова раздражает. Хорошо, что не слишком сильно — вот всё у биохимии даргов хорошо, кроме зашкаливающей ярости, которая может полыхнуть абсолютно в любой момент.
Забор пожрал ещё одного мутанта, который кинулся прямо на решётку. Сирена наконец заткнулась. Хочется надеяться, что в штатном режиме. Если эти тучи вдруг выползли из-под Мглы и окропили дождиком жилой сектор, живых там остаться должно было немного.
Конечно, эта хреновина вряд-ли работает за пределами Мглы. С другой стороны — обратившиеся животные тоже могут быть опасны. Если это то, о чём я думаю, каждый раненый в итоге умрёт. Либо тоже превратится в кого-то не слишком приятного на вид и весьма смертоносного.
Всех остальных, я в итоге отправил внутрь. А сам стоял под навесом, смотрел на мечущихся снаружи изменённых животных и гладил Кью с Эспрой. С полчаса ещё где-то. Пока всё окончательно не закончилось. Рядом перестали носиться монстры, что пытались прорваться через забор, небо больше не заливали всполохи пламени, а разноголосый вой, раньше доносившийся со всех сторон, утих.
Вернувшись назад, я застал гоблинов в за рубкой мебели в большом холле. Попросту крошили столы топорами, которые здесь же и нашли. Для коротышек они были великоваты, но те старались вовсю.
— Пацаны пали смертью героев, Тони, — тут же заговорил Гоша. — Надо закрематорить со всем уважением. По-гоблински.
Йорик, который тоже участвовал в процессе, выполняя, как бы не половину работы, повернул ко мне голову, вокруг которого развевались подсвеченные оранжевым волосы-щупальца.
— Они пали, сражаясь в наших рядах, наставник, — заскрипел кобольд. — Стоит почтить память тех, кто не смог прорваться к следующему горизонту.
Возражений я не имел — через четверть часа мы уже сложили из обломков штабель на заднем дворе. Гоблины набросали сверху останки соплеменников. А потом Гоша полил всё горючей жидкостью, которую тут использовали для розжига каминов и кинул спичку.