— Нужно определиться с голосованием, — Арина отпила из моего стакана. Как будто там пиво было вкуснее. — Название города висит. Результаты пришли, надо выбрать.
Я кивнул. Ещё один пункт в очередь. Город без имени — это как фирма без регистрации. Вроде работает, а юридически — призрак.
За соседним столом орчанка из ударной роты устроила армрестлинг с цвергом. Тот аж упирался обеими ногами в лавку — не помогало. Свенга додавила его одним плавным движением, хлопнула кулаком по столешнице и потребовала следующего. Забавно, но хватило его секунд на пять.
Пара гоблинов затеяла что-то непонятное с пустыми банками — строили пирамиду. Однако каждый раз, когда конструкция дорастала до пятого яруса, мимо проходил кто-нибудь и задевал стол. Банки сыпались. Гоблины орали. Размахивали руками. Начинали заново. Упрямство — национальная черта.
Хорошо. Прям неплохо. Разные расы и языки, но общий стол и выпивка. Совсем недавно они могли оказаться рядом, только сплотившись против общего врага. И то — недоверчиво посматривая друг на друга. Как в Ярославле. Сейчас — армрестлинг и кости. Выглядит, как прогресс. По крайней мере, никто никому не выбивает зубы. Пока.
Арьен. Я провёл взглядом по залу. Её не было.
После того как Пикс нашёл сушёную голову — эльфийка замкнулась. Чаще всего проводила время в одиночестве.
На секунду я подумал, что может быть стоит написать. Спросить, как там у неё дела. Потом разум подкинул варианты развития ситуации. Писать сразу перехотелось.
Арина прильнула сбоку. Прижалась. Мысли о том, чтобы отправить кому-то сообщение, сразу же улетучились. Ну его нахрен. Мне и так отлично.
В следующую секунду, четвёрка гоблинов, которые заменили семерых свенгов, прекратила играть. И из угла, где сидели Гоша с Тогрой, донеслись слова.
— … и вот тут-то включается мозг! — Гоша вскочил на лавку. — Тогрочка, слушай сюда. Всё, что осталось от Бараза, это ликвидный актив! Шеф его на весь мир отпафосил! Каждая крошка с него — коллекционка! У меня уже больше пяти сотен предзаказов. А когда весть разлетится — их будут тысячи. Цена улетит в космос. Фьючерсы! На пыль Бараза! — он ткнул ребром в воздух. — Вот он, новый рынок!
— Рынок дураков, — Тогра откусила мясо, не открывая глаз.
— Дураков! Она говорит — дураков! — Гоша обернулся, ища поддержку зала. Зал его не слушал. — Год, максимум два. Пентхаус. Бассейн на крыше. Мой портрет в золотой раме! Нет — две рамы! Одна для портрета, одна для фуражки!
Почти все Гошины схемы изначально звучат, как чистый бред. Однако, фраза о том, что гоблин подпалил жопу дракону и вверг его в депрессию, тоже кажется безумием. Однако — чистая правда. Пожалуй, шортить этот его новый фьючерс я не буду. Во избежание.