Зилина схватила меня за руку, когда мы стояли за дверью.
— Если это слишком, мы можем уйти.
— Нет. Я хочу им помочь.
— Мы все хотим.
Она прикусила губу, прежде чем повернуться к двери.
— Но я знаю, через что они проходят, — запротестовала я, следуя за ней.
У них не было отдельной комнаты, как у меня. Первые несколько человек были огорожены раздвижными шторами. Подключены к проводам и аппаратам, как и я, их глаза были закрыты.
В коме.
Меня пробрал озноб, и Зилина погладила меня по руке.
— Все хорошо.
Именно тогда я услышала крики. Наверное, я была слишком напугана, слишком погружена в свои переживания, чтобы заметить их раньше. Они звучали так знакомо.
— Вот так это было в замке, — сказала я.
Воспоминание было таким четким, словно я была там.
— Так много омег, жаждущих сока. Они не были животными, но они больше не были людьми. Но звук…
— Я знаю.
Зилина покачала головой.
— Как трудно это слышать. Но мы не можем их бросить.
Осторожно мы пошли дальше по помещению. Увидев нас, медик присела в реверансе.
— Пожалуйста, дайте мне знать, если захотите узнать последние новости о наших пациентах, — сказала она.
Я покачала головой, приложив ладони к стеклу. Эти омеги, те, которые просили сока, были заперты в боксах, словно они представляли опасность для всего, что их окружало. Были ли они уже изменены, как назвал это Эвандер? Способен ли их мозг к исцелению?
— Можно мне понаблюдать за ними некоторое время?
— Конечно, — сказала медик.
Я не знала, что искала. Знак того, что они похожи на меня, или, может быть, проблеск надежды на то, что они могут излечиться. Я знала некоторых людей за стеклом, но они не узнали меня.
Я задавалась вопросом, снятся ли им все еще сны.
Вошел Эвандер, который выглядел таким красивым в своей военной форме. Я не двигалась с места, наблюдая, надеясь установить какие-то связи, которые помогли бы избавиться от этого ужасного беспорядка. Он обнял меня за талию и поцеловал в макушку.
— Некоторым из них стало лучше. Некоторым повезло меньше, — мягко сказал он. — А некоторые оставались такими все это время. Тебе повезло, моя маленькая омега. Ты справилась.
Я повернулась к нему, наслаждаясь теплом его тела сейчас больше, чем когда-либо.
— Мы можем у них поучиться.
Он кивнул.
— Я поняла, что ты был единственный, кто учуял мою течку, — сказала я. — Кэтрин была совершенно невежественна, а Эшла не почувствовала, пока не прикоснулась ко мне. Там, в Бесплодных землях, течка была похожа на цепную реакцию. Как только у кого-то из нас она начиналась, в бункерах безопасности не было свободных мест. И Солен что-то подозревал, но не потерял контроль.