— Рэд, извини, — Селена тщательно подбирала слова, страшно боясь задеть капитана за живое, — но как вышло, что до восьми лет ты воспитывался у бабушки с дедушкой?
— Ты же как юрист, вероятно, знаешь, что на Земле каждая пара может завести только одного ребенка?
Селена кивнула. Юрист она была посредственный, но данная тема в институте ее потрясла, поэтому и крепко запала в голову. Закон этот был принят уже давно, в борьбе с перенаселением планеты. Если кто-то все же нарушал его и заводил второе чадо, было всего два пути. Первый — ребенка изымали и отдавали на усыновление переселенцам, а биологические родители при этом до совершеннолетия вынуждены были платить ему алименты. Второй — необходимо было выплатить огромадную сумму государству, в качестве штрафа, а дальше жить всей семьей припеваючи.
— Был период, когда и я очень хотел получить ответ… Как понимаешь, меня вообще не планировали. Но мать кормила Джастина грудью и слишком поздно поняла, что беременна. Аборт делать было уже нельзя. Отдавать меня в чужие руки родители пожалели, но на выплату ушло все, что у них тогда было: квартира, сбережения, большая часть оборотного капитала «Леграсс Индастри». Компания тогда только-только начала вставать на ноги. Матери было очень тяжело одной с двумя малышами на съёмной квартире. Отец практически жил в тот период на работе, чтобы вытащить фирму из кризиса. Поэтому они и приняли такое решение. Все это мне объяснила бабушка, когда я что-то начал понимать и задавать вопросы. И я, наверное, успокоился. А став взрослым, понял, почему мать всегда испытывала ко мне плохо скрываемую неприязнь. Меня им как будто навязали. Она лишилась привычной жизни, жилья, прислуги…
— Но ты же был ребенком! Ты не был виноват! — глаза Селены, поддернутые накатившими слезами, были в гневе.
— Сел, ты что так расстраиваешься? — совершенно беззаботным нежным голосом произнес Рэд, вытирая пальцем покатившиеся у девушки слезы. — Я никогда не чувствовал себя от этого несчастным. У меня в лице бабушки была лучшая мама на свете.
— А как же тогда Ник и Колин?
— Отец мечтал о дочке. К рождению Ника и Колина компания уже так «возмужала», что папа вполне мог себе позволить еще потомство. На Земле семей, подобных нашей, можно по пальцам пересчитать — у кого есть большие деньги, обычно не спешат обременять себя толпой ребятни. Два, максимум три ребенка. Фактически наше семейное фото — уже подтверждение высокого места в списке Форбс.
— Прости, мне это кажется, странным… Нет, я головой вроде бы понимаю, правильность подобных ограничительных мер, но на Онадэрре все по-другому. Аборты запрещены, да и детям обычно рады.