***
Сам знал, что спорить с монархом опасно. Поэтому меня ничуть не удивило, что он был зол.
— От милостей моего величества не отказываются!
Если бы я ещё просил эти милости… Может быть, я немного загордился, когда именно мне доверили быть новым губернатором, но я не просил о такой чести!
Что же, король не объясняет мотивы своих поступков. Сказал — выполняй! Я тоже не спрашивал солдат, хотят ли они идти в наступление. Однако я всегда старался сохранить как можно больше жизней доверенных мне людей, и не жалел свою, не прятался за чужие спины. Однако в данном случае не уверен, что благо королевство заключается в моем браке, устроенном королем. Я не знаю, зачем ему этот брак, и, самое забавное, что об этом не знает и сама Катарина! Денег у меня не слишком много, состояния предков за душой не имеется; к тому же, у нее имеются собственные деньги. «Прикрывать позор» ей не нужно, об этом даже думать смешно.
То есть, муж ей не нужен, просто нужен грамотный управляющий, а ещё защитник. Да, с такой ролью лучше всего справился бы брат, но родного порядочного брата у нее нет.
Похоже, задушевного разговора с нашим правителем у меня не вышло. Думаю, ему нет никакого дела до моего личного счастья. А вот мне никто и ничто не заменит ту, которую уже считаю женой — мою Алину, и родного сына.
Но! Но я же не идиот. Именно потому, что не рассчитывал на задушевный разговор, я прокрутил в голове несколько вариантов развития событий. И все они как-то сворачивали на несчастный случай с женщиной, которую я выбрал сам, против воли короля. Что же, я спрячу Алину и сына. И про сына рассказывать я сейчас не буду — разумная предосторожность.
— Ваше величество, я недавно нашел ту, которую любил всю жизнь. И теперь я не считаю возможным обманывать одну, несомненно достойную, женщину, и вступать в брак, испытывая чувства к другой. Леди Катарина достойна мужа, который будет любить только ее, и составит ее счастье.
— То есть вы, господин губернатор, обсуждаете указ короче? Вы не подчиняетесь приказу?
— Ваше величество, я беспрекословно подчиняюсь приказам моего короля. Я отдам жизнь за вас и нашу страну! Но моя любовь принадлежит одной женщине. Раньше я не знал, что она все ещё ждёт меня.
И вдруг его величество Филипп Первый улыбнулся весело и понимающе:
— То есть, господин губернатор, — он тоном выделил слово «губернатор» — вы уверены, господин губернатор, что ваша первая и единственная любовь готова выйти именно за вас, отставного военного с ранением, а не за губернатора?
— Ей безразлична моя должность, ваше величество, — уверенно ответил я.