Я пристыженно опускаю взгляд.
– Я твоя жена вообще-то.
– Да, ты моя жена. И ты можешь тратить на себя сколько угодно, я слова тебе не скажу. Но только на себя. Обеспечивать твоего отца я не нанимался.
– Для тебя это крохи, – поднимаю на него глаза и отчего-то вздрагиваю, когда он обнимает меня за талию и притягивает к себе. Склоняется к моему уху.
– А знаешь в чём секрет моего положения в обществе и богатстве? Я не раздаю крохи налево и направо.
– Я поняла, – и чем я думала вообще, когда начала этот разговор? Ведь знала же, чем всё это обернётся.
Джамал целует меня в макушку, легко шлёпает по заду.
– Лучше покорми меня. Где Амир? Ужин готов?
– Да, всё готово. Амир ждёт за столом, – отчитываюсь перед мужем, а думаю о папе. Что я ему скажу? Откажу? Скажу, что ничем помочь не могу? Что же я за дочь тогда такая?
За ужином тишина, слышен лишь стук приборов о тарелки.
– Пап, я хотел извиниться перед тобой, – набрав побольше воздуха в легкие начинает Амир. Он просил, чтобы я его поддержала, но я и себе помочь не могу… – Я взял ключи…
– Нет, Амир. Ты не взял ключи. Ты их украл у меня из кармана. Это разные вещи, – жёстко обрывает Амира Джамал. – Поиграться с оружием решил?
– Нет, – вместо покрасневшего Амира начинаю я. – Он не из-за пистолета туда полез. Он просто хотел увидеть мать.
– Что? – мрачно переспрашивает Мусаев, а мне, как страусу, хочется спрятать голову в песок. Но это лишь временно. Проходит несколько секунд и я оживаю.
– Амир знает, что у тебя есть фотография его мамы. Он хотел на неё посмотреть. Не наказывай его за это.
Джамал опускает взгляд в свою тарелку, долго о чём-то размышляет. Никто не ест, все в ожидании.
Мусаев лезет к себе в карман, достаёт ключи и кладёт их на стол.
– Фотография в нижнем ящике стола. Можешь взять её себе. Вот только не обманывайся. Она не вернётся.
Амир радостно хватает ключи и бежит в кабинет, а мы с Джамалом остаёмся за столом вдвоём.
– Решила вступиться за него?
– А почему нет? Он же не перестрелять тут всех хотел. Это просто снимок. Но для него он много значит. А для тебя? – спрашиваю неожиданно даже для себя. – Для тебя этот снимок что-то значит?
– Уже нет. Давно нет.
– А я? Что значу для тебя я?
– Ты моя жена. И всё отсюда вытекающее.
– Тогда помоги моему отцу. Прошу.
Джамал вздыхает, качает головой.
– Арина, ты уже взрослая девочка. Ты уже почти научилась манипулировать мной. Так неужели ты не понимаешь, что твоему отчиму нужны от тебя деньги и только они. Он тебя знать не хотел, когда я забрал тебя у него за долги. Да, позже он пытался отдать мне часть долга, чтобы я вернул тебя домой. Но старался он так себе. Не особо. Я ему сказал, что женюсь на тебе, а он может оставить деньги себе. И он согласился. Он не настаивал и не волновался за тебя. Он даже меня толком не знал. Не знал, кто я, чем дышу. Может я маньяк или садист какой-то? Нет, его это не волновало.