Не подозревающая о том, что она уже мертва, цель суетилась, занимаясь… готовкой. И неплохой! Запах блюд достигал даже носа Цзу Линя! Его рот наполнился слюной, пришлось даже сплёвывать. В запахе блюд чувствовалась огромная духовная и жизненная сила! Надо… надо забрать эту еду себе! Пусть только приготовит, а потом он избавится от неё и заберёт её себе.
Цзу Лин терпеливо ждал, устроившись в тенях кустов. То, что сейчас был день, его совсем не смущало.
Он сам не понял почему, но по спине убийцы пробежали мурашки, а волосы на затылке встали дыбом. От чувства опасности его внутренности заледенели, Цзу Лин вскочил на ноги и стал оборачиваться, ища источник опасности.
И нашел.
Огромная, гигантская тень клубилась неподалёку, глядя на него светящимися желтыми глазами с вертикальными зрачками.
Демон? Но что демон тут делает? И такой сильный! Аура Духовного Моря! Или… или даже сильнее! Но так же не может быть!’
— Кто ты⁈ — стараясь, чтоб голос не дрожал, спросил Цзу Лин.
— Тебе не нужно это знание. — прошелестела тьма.
— Тогда ты…
— Ты заришься на моё. — прошипела тень, заклубилась, будто перебирая лапами перед броском. — А я это не люблю.
— Я… должен! — кашлянул Цзу Лин.
— Теперь не должен.
Тень вдруг мигнула, будто пропав с того места, где была. Потом появилась снова, и Цзу Лин подумал было, что ничего не произошло… Но потом его одежда, артефакт низшего Земного ранга, не сразу поддавшийся бы атаке эксперта Духовного Моря, стал спадать с него, разрезанный на тонкие полоски.
Всё тело Цзу Линя покрылось холодным потом ужаса, он тихо затрясся, боясь даже дышать. Он не почувствовал ничего! Вообще ничего! Ни опасности, ни кровожадности, ни выплеска Ци от техники. Разрыв в силе с этой тенью был настолько огромным, что он почувствовал себя муравьём перед гигантом.
— Ты невкусно пахнешь. — капризно заявила тень. — Я надеюсь, мне не придётся тебя есть.
— Я… конечно, Великий! Вы больше никогда меня не увидите! Клянусь! — выпалил Цзу Лин.
Тень фыркнула, глаза мигнули, и всё пропало.
Но Цзу Лин ещё долго стоял так, не отваживаясь шевелиться. Потому что он почувствовал, как в момент исчезновения сзади словно прошел кто-то большой, едва касаясь его. И от этих прикосновений его кожа и мышцы были рассечены до самых костей!
Через некоторое время он всё же пошевелился и на деревянных, не сгибающихся ногах стал удаляться от этого гиблого места!
Царапка выскочил из кустов и, подняв хвост трубой, побежал к своей рабыне.
— Мяяявввв! — крикнул он, что означало «Дай мне еды! Больше, ещё больше! Я такой молодец! Но я устал и хочу есть!».