— А вот меня удивляет другое, — не унималась Вика. — Несправедливость! Нам всем звания, по ордену дают, а Рату всего две медальки, хотя он заслужил больше других «золотую ленту»!
— Папочка сказал, что слишком жирно практиканта с опытными витязями ровнять, — развёл я руками. — Честно говоря, не в обиде. Главную награду получил уже: целую задницу и всех вас живыми. Прав Николаш, под пулями переоценка ценностей серьёзная происходит. В какой-то момент что-то щёлкнуло в голове и обратно отщёлкиваться не хочет. Столичные загулы теперь детскими шалостями кажутся — нет в них смысла и чувства боевого братства. Надо в политику входить, а то без адреналина скучно.
— Неужели сам Ратибор Тулин взрослеет? — улыбнулась Злата.
— Ну не всем же сразу старыми рождаться, бабуля Луганская!
— Неисправим… — нахмурилась она. — Ладно. Мне пора к своим.
Замечательная встреча в нужном месте и с нужными людьми! Теперь слух о том, что Ратибор Тулин сильно изменился после войны, найдёт подтверждение не только с моих слов, но и однополчан. Сразу белым и пушистым становиться не буду — так не бывает, но начало трансформации наследника в приличного человека запущено.
Само награждение прошло по всем правилам. Великий Князь Борис прочёл внушительную речь, а потом стал вызывать отличившихся, не забывая упомянуть про их заслуги. Злата получила медаль «Воинская честь».
Когда же дошла моя очередь, то внезапно ощутил сильный эмоциональный подъём. Строевым шагом подошёл к отцу, и тот, сияя от гордости, прикрепил две медали на китель. Сколько до этого было различных спортивных наград — от простых грамот до кубков, но ни одна из них не может сравниться с маленькими кружочками, состоящими, по ощущениям, не из металла, а из тех страшных дней боёв. Почему-то в голове всплыли бессмертные слова Василия Тёркина: « Нет, ребята, я не гордый. Не загадывая вдаль, так скажу: зачем мне орден? Я согласен на медаль ».
Сразу после награждения был банкет, с которого меня увезли задолго до окончания. Приехав в наше представительство, в последний раз в своей жизни столкнулся с истинным Ратибором, бывшем в похожем мундире и с… наградами! Захотелось сорвать их с него, но сдержался.
— О! Собачка навыгуливалась! — презрительно скривив губы, поздоровался он, основательно подзабыв с помощью волхвов о своём позорном заточении. — Хорошо обученный пёс! Продолжай в том же духе, и чтобы в следующий раз без ордена на глаза мне не показывался!
— Как скажешь, княжич. Не показываться, так не показываться, — успокоившись, пообещал я, мысленно пожелав гореть в аду, где все черти давно раскочегаривают для него котёл.