Три гвардейца-скорпикоза атаковали одновременно, пытаясь зажать моего колосса с разных сторон. Их хвосты взметнулись в синхронной атаке, целясь в уязвимые сочленения. А я?
Приказал изменить форму. Мгновение и мой «скорпиоз» изменился. Изчез хвост и клешни, добавили «ноги». Атака. Минус три монстра с моей стороны и минус три среди тварей, что атаковали.
Вскоре всё внимание в серой зоне сфокусировалось на гигантском скорпиозе. Монстры всех видов и рангов сбегались к месту сражения.
Как я понял по усилившемуся движению и нарастающему шуму, монстры подали сигнал тревоги. Серия резких звуков, похожих на удары металла о металл, прокатилась по туннелям. Серая зона предупреждала своего короля об опасности.
Чем бы там не занимались папаша Лахтины и тот ублюдок-маг, им придётся отвлечься и прийти в гости ко мне. Это было частью плана. Выманить их, отвлечь от церемонии, сорвать ритуал, а затем… Затем показать, что значит злить Павла Александровича Магинского.
Направил паучка дальше. Чувствовал, что мы приближаемся к цели. Пульсация энергии становилась все отчетливее. Сердце серой зоны было уже близко.
И вот я перед ним. Спрыгнул с паучка, отключив маскировку. Осторожно подошел к сердцу, чувствуя, как его энергия резонирует с моим источником. Пространственное кольцо отозвалось на мысленный приказ, и я вытащил Изольду.
Женщина была бледной, почти прозрачной. Слегка потряс её, стараясь привести в чувство. Её веки дрогнули, но не открылись.
— Мы на месте, — произнёс я. — Изольда, очнись. Мы у сердца.
Перевёртыш с трудом открыла глаза. Её губы тронула слабая улыбка. Едва заметное движение мышц, но для меня оно значило многое.
— Павел… — прошептала она, голос был слабым, как шелест листьев. — Ты вернулся…
Осторожно поднёс её ближе к главному артефакту этого места. Эффект был мгновенным — сердце засветилось ярче, испуская волны энергии, которые омывали фигуру перевёртыша. Изольда тоже засветилась, её тело начало впитывать энергию, как высохшая земля впитывает дождевую воду.
Цвет возвращался к её коже, волосы приобретали прежний блеск. Дыхание становилось глубже, ровнее. Она выпрямилась в моих руках, обретая силы.
А потом… она просто исчезла. Растворилась в воздухе, став частью потока энергии, циркулирующего внутри сердца.
В последний момент, когда её очертания уже почти исчезли, я услышал её голос — теперь более сильный, уверенный:
— Ты же меня не бросишь? — спросила она, в словах звучала не столько тревога, сколько надежда.
Что теперь? Стоял рядом с пульсирующим сердцем серой зоны. Огляделся, оценивая ситуацию. Мысленно потянулся к своему рою, проверяя его состояние.