— Трое, — поправил его. — Ещё Изольда.
Три наследника Магинского на подходе. Три продолжения рода, три новых звена в цепи.
— Какое счастье…
В глазах Жоры светилась неподдельная гордость, как будто это его собственные дети. В каком-то смысле так и есть. Он заботится о роде Магинских не меньше, чем я сам.
— Завязывай, — остановил его отцовскую гордость и счастье. — Ещё какие-то срочные дела? Проблемы?
Нет времени на сантименты.
— Нет, Павел Александрович, всё по плану и под контролем. Благодаря вам.
Я вернулся в свою спальню. Тяжёлая дубовая дверь закрылась за спиной, отсекая шум и суету особняка. Здесь тихо, спокойно. Можно собраться с мыслями.
Комната встретила знакомым полумраком. Тяжёлые шторы приглушали дневной свет, создавая атмосферу уединения. Массивная кровать, письменный стол, книжные шкафы, кресло у камина — всё на своих местах. Порядок, постоянство — редкая роскошь в моей жизни.
Ам сел на мою кровать. Подросток без спроса расположился на покрывале, словно здесь ему самое место. Провёл рукой по ткани задумчиво, почти нежно.
— А я помню, как спал тут, — улыбнулся лысый. В его голосе слышались нотки ностальгии.
Я упал в кресло. Тело тут же окутала мягкость обивки, спина нашла привычную опору. Мышцы, напряжённые весь день, наконец-то смогли расслабиться, но разум продолжал работать на полных оборотах.
Османская империя… Уже придумал, как ехать и с кем. Есть сложности — это армия на южном направлении и, судя по всему, ещё и на моих землях. Найти Зейнаб и спасти её… На каждом шагу, уверен, будут проблемы и трудности. Противостояние с турецкими властями, враждебность местного населения, и это только то, о чём я знаю. А сколько ещё неизвестных опасностей ждёт там?
Потянулся. Мышцы отозвались приятной тяжестью. Тело, несмотря на недавнюю трансформацию, чувствуется своим.
В дверь постучали — три чётких удара.
— Зайдите, — ответил за меня Ам.
Я хмыкнул. Мальчишка осваивается, берёт на себя полномочия. Будто он здесь хозяин или, по крайней мере, имеет право говорить от моего имени.
Дверь открылась. На пороге стояли Тарим и Фирата. Я послал за ними перед этим, они почти местные и пригодятся в путешествии.
— Тут какое-то письмо! — Ам показал мне конверт, который лежал на кровати.
Подросток держал в руках плотный конверт из дорогого пергамента. Откуда он взялся? Кто-то принёс, пока меня не было?
Увидел знак — две змеи с единым туловищем, смотрящие в разные стороны. Амбивера. Сука! Письмо от Амбиверы никогда не предвещает ничего хорошего. Всегда новые задания, новые требования.
Несколько строчек и подпись самого генерала Ростовского. Глаза быстро пробежали по тексту. Краткое, чёткое указание.