— А где ваш этот Прохор Евграфович, кстати? — спросил я.
— В Казань уехал, — отмахнулась Элен, — здесь ему спать негде было. И дела дома еще есть. Послезавтра вернется. А что?
— Да просто не видел его, вот и любопытно стало, — ответил я. — Имя у него уж больно интересное…
— Нормальное у него имя, — фыркнула Элен, а затем рассмеялась. — На самом деле его зовут Олег. Сидоров Олег.
— Олег? Не Прохор Евграфович? Но как же…
— Ну а что! — Элен с вызовом уставилась на меня. — Вон у Виолетты вообще негр работает. У Джессики — настоящий китаец. У Мии — альбинос. Представляете, весь белый, а глаза аж красные. Так чем я хуже? Олег толковый парень, но он обычный. Пришлось переименовать. А то перед людьми стыдно. Что я, нищебродка какая-то?
Мы как раз добрались практически до самого столба — главной точки нашей работы, — когда из-за угла санатория показалась процессия. Я присмотрелся и усмехнулся: тетя Нина, Наиль и… Ева (!) тащили все наши пожитки (я с собой прихватил лишь небольшую часть) и шли устраиваться сюда, во флигель.
Поравнявшись с нами, они удивленно посмотрели, как мы с Элен работаем.
С Наилем мы обнялись, с Евой перекинулись парой реплик, после чего она заметила:
— Папа посмотрел то ток-шоу на Первом с вашим участием, Сергей Николаевич.
— И? — поднял я бровь.
— Попросил вам передать, что, цитирую: «Костяна накажем», а «того мужика, у которого якобы дочку врачи угробили, уконтрапупим». — Ева довольно похоже изобразила тон отца, после чего заметила: — И я с ним согласна.
— Нет, Ева Александровна, оно того не стоит. Свяжитесь, пожалуйста, с папой и скажите, что не надо марать руки. У нас есть более важные дела.
В этот момент Элен демонстративно откашлялась, и я сказал всем:
— Знакомьтесь, это Элен, наш первый пациент.
— Пациент? — удивилась Ева и с неодобрением посмотрела на меня. — Это и есть ваш метод, Сергей Николаевич? Пациентов заставлять работать?
— Да, труд создал человека, — гордо ответила Элен и, вздернув нос, продолжила работу.
— Ладно, идите устраивайтесь, там еще часть комнат свободны, — сказал я. — Сами разберетесь. И мне какую-то выделите, раз уж так.
— Да, выделим, — пообещала Ева.
— А где Пивасик и Валера? — спросил я.
— Вот здесь, в переноске, — показал Наиль на переноску, которая была прикручена к его рюкзаку.
Изнутри доносилось какое-то шебуршание, но, в принципе, ребятишки-суслики вели себя спокойно.
Когда мои ушли в дом, мы снова вернулись к снегу.
— Скажите, Сергей Николаевич, — задала вопрос Элен, когда мы поравнялись, — а почему вы, такой известный врач с такими неплохими результатами, судя по отзывам Алисочки, сидите здесь, в этой глуши?