Камеру вывел из строя узконаправленный электромагнитный импульс миниатюрного излучателя — чуда враждебной техники для этого мира, однако же являющегося неотъемлемой частью экипировки лазутчика в мире Кристалла, нам такими частенько доводилось пользоваться прежде. Когда я с этим покончил — Аки сделала несколько шагов назад, явно не собираясь больше терять ни одной секунды — и мгновенно перекинулась.
Я залюбовался статным обликом звериной ипостаси кицунэ, а та в свою очередь ощетинилась и клацнула зубами в полуметре от меня.
— ХВАТИТ МЕНЯ РАЗГЛЯДЫВАТЬ, — не то фыркнула, не то тявкнула она. — ЗАБИРАЙСЯ И ПОГНАЛИ, МНЕ УЖЕ НЕ ТЕРПИТСЯ, РЬ-РЬ-РЬ…
Я уже по привычке обошел лисичку слева, сосредоточился и подпрыгнул вверх, слегка ослабляя вокруг себя гравитацию — все-таки в этой ипостаси Аки была пять с половиной метров в холке и просто так ей на спину не заберешься.
В прыжке меня подхватил и скорректировал приземление один из ее подвижных и цепких хвостов, мягко обвив мое туловище.
— Представляю себе, если вдруг мы не всех посетителей распугали, или не заметили еще одну камеру, — хмыкнул я. — Вот сенсация будет…
— НУ А ЧТО, ОТЛИЧНАЯ БЫ ВЫШЛА ФОТОСЕССИЯ, — мотнула головой лиса, встряхиваясь и медленно приближаясь к краю, а затем пригнулась готовясь толи прыгать, толи уходить на тропу. — В КОНЦЕ КОНЦОВ Я ФОТОГЕНИЧНАЯ КРАСОТКА В ЛЮБОЙ ИПОСТАСИ, ДА И ТЫ ОТЛИЧНО СМОТРИШЬСЯ… НА МНЕ, — она странно хрюкнула, и прибавила: — ДА И ПОДО МНОЙ ТОЖЕ — ЗАГЛЯДЕНИЕ И ЧИСТЫЙ КАЙФ…
Я лишь улыбнулся, слегка почесал ей шею, а тем временем мои ноги уже были оплетены привычными невидимыми силовыми лентами. И слегка тронутый первыми утренними лучами солнца мир померк, открывая нашему взору расплывчатые пейзажи «лисьей тропы», а перед нами расстелилась полупрозрачная бледная дорожка, ведущая куда-то вперед.
Понятия не имею, сколько по времени заняло наше путешествие, так как время на тропе не поддается какой-либо оценке. Иногда в реальности проходит не больше двух, иногда десяти-двадцати минут, а пару раз бывало — несколько часов.
Какой-то обозримый промежуток времени все-таки прошел, а Аки все бежала вдоль бледной светящейся тропинки, разворачивающееся и закручивающейся под немыслимыми и нереальными углами.
Периодически мы миновали мерцающие причудливыми огоньками японские бумажные фонарики, поблизости от них окружающая обстановка была куда более четкой и натуралистичной. Я уже знал, что эти фонарики — своего рода маячки, что-то наподобие ментальных якорей, привязывающих ориентацию на тропе к местам в реальности. Они служили своеобразными ориентирами для кицунэ, прокладывающей сейчас путь через некое подобие изнанки мира, и без них дальние путешествия по тропе становились невозможными.