О нет, в драке не использовали магию. Да и вообще Ирвин искренне полагал, что даст разок в рожу, плешивый заплачет и пойдёт, и вопрос окажется исчерпанным. Но он почему-то не заплакал и не пошёл, а позвал друзей, которые и вылезли из какого-то запечного угла, и дальше случилась куча мала, в которой чёрта с два потом разберёшь, кто начал, кто поддержал, кто виновная сторона и кто пострадавший. Полиция и не разбиралась, ни обычная, ни магическая — всем припаяли нарушение общественного порядка и штрафы по этому поводу. Да и хрен бы с ним, но какой-то идиот заснял всё событие и выложил в сеть, и эту-то запись Мюррею на стол в клювике и принесли.
И стоял теперь Ирвин Бакстон, лучший сотрудник управления по борьбе с нежитью, и как дурак пялился на носки своих ботинок. Потому что Мюррей завёлся, и завод его никак не кончался — пилил, пилил, пилил… Да дьявольщина, его родной отец, помянутый лорд Бакстон, так не пилит, хоть давно уже похоронил надежду видеть сына если не на своём месте, то за серьёзным занятием. А это что?
— Ты уволен, ясно? — тирада завершилась неожиданно.
Раньше Мюррей только грозился, а сегодня что изменилось?
— Э-э-э… прямо сейчас, что ли? — наверное, Ирвин просто охренел, вот и спросил.
Да блин же, если увольнять, то какого х… мозг колупать? Мог уволить прямо сразу, а не вот это всё, да?
— Прямо сейчас, — припечатал Мюррей. — Без возможности восстановления. И ни в какие приличные военные подразделения тебя тоже не возьмут, кому ты там такой сдался, не умеющий исполнять приказы?
Ну это он загнул, всё Ирвин умеет! Так-то после академии он три года прослужил в подразделении Организации Всемирного Прогресса, и хотел пробоваться в Магический Легион, но отец попросил остаться в столице и в стране и подогнал ему эту работу — у друга. И Ирвин отлично справлялся, ну а что вот так встревает иногда — а кто не встревает-то, ну правда? Жизнь одна, и когда её жить-то на всю катушку, как не в молодости? Будет ему шестьдесят, как отцу, будет он толст и важен, и будет у него четверо детей и жена в мехах и бриллиантах, тогда и станет праведным до отвращения. А пока он Ирвин-Зажигалка, ну и подумаешь, что двадцать семь лет уже, не сто сорок же!
— Господин Мюррей, вы несправедливы, — вот, он это и сказал.
И даже рискнул оторваться взглядом от ботинок и посмотреть на начальника.
— С чего это? Оттого, что не желаю, чтобы моральный облик моих сотрудников становился предметом обсуждения в сети?
— Да нормальный у меня облик, — вздохнул Ирвин. — Ну… случилось так. Виноват.
— Виноват он, значит, слова-то какие знает, надо же, — Мюррей злобно сощурился. — Вот что я тебе скажу, Бакстон. Последний шанс. И если ты его проимеешь, я не погляжу, что ты сын Джона, и пойдёшь ты с ветерком на все четыре стороны. А пока изволь послушать.