Неподвижная до зеркальности вода манила. Я больше трех лет не плавала. Сначала болезнь, положившая конец моей спортивной карьере, потом попадание — в лагере уж точно было не до бассейна. Да и не было его там.
Такого — так уж точно.
Воровато оглядевшись, я принялась быстро раздеваться. Нету купальника — подумаешь! И так поплаваю. Я же одна на весь пентхаус, хозяин вернется лишь завтра утром. У меня еще полночи на уборку. Все равно потом эту махину драить. Пока воду не спустила, можно и окунуться.
Я всего полчасика, не больше!
Убедив себя подобным образом, сложила вещи аккуратной стопочкой на одном из роскошных шезлонгов из натурального дерева — кстати, не забыть и по ним пройтись тряпочкой с полиролью — и вернулась к кромке воды, чтобы затаив дыхание коснуться поверхности большим пальцем ноги. Кончик гладкого, подпиленного под ноль ногтя погрузился в едва теплую жидкость, и во все стороны по зеркалу побежали расширяющиеся круги.
Поэтому я обожала в свое время приходить на занятия первой. Ни с чем не сравнимое чувство — когда бассейн оживает от твоего появления.
Присев на край, одним плавным слитным движением погрузилась по шею, завороженно наблюдая за ударившимися в борт волнами, их столкновением с новыми, и мерцающей в свете ночных фонарей рябью.
Как долго я этого не видела! И какое же это счастье… пусть даже меня завтра уволят, если здесь где-то воткнута камера, оно того стоило.
Резкими движениями загребая воду, привычно погрузившись всем лицом, я пересекла бассейн и не поднимая головы направилась в противоположную сторону.
Мне прочили олимпиаду — дольше меня задерживать дыхание, пожалуй, не могла ни одна соперница. Но увы — легочный вирус перечеркнул все мои надежды. А там и неожиданное перемещение в другой мир подоспело, где меня обрадовали, что вылечить-то вылечат, а вот обратно вернуть не смогут.
Ожесточенно взмахивая руками, я развивала все большую скорость. Тело на автопилоте изгибалось, отталкиваясь от борта — размеры бассейна почти соответствовали привычным, в которых я провела полжизни. Привычный ритм — гребок, три, четыре, вдох — ввел меня в некое подобие транса.
Потому резкие, оглушительные в тишине солярия аплодисменты я расслышала не сразу.
Вынырнув в самом дальнем углу бассейна, поближе к стеклянной стене, я постаралась дышать как можно беззвучнее — что учитывая, насколько я выкладывалась при тренировке, было проблематично — и прижалась спиной к ледяному кафелю, в панике оглядываясь по сторонам. Хозяин дома вернулся? Так рано? Еще темно, точно не утро! Не могла же я так увлечься, что проплавала часов шесть⁈