Он решил остаться дома.
Но и отпустить их просто так он не мог после всего, что они для него сделали в эти дни. Поэтому, вспомнив о самой ценной вещи его родителей, он достал её из тайника, решив передать им. Да, его родители говорили ему хранить эту карту, как нечто другое, однако поступить иначе, зная, что у них нет ни карты, ни компаса — он просто не мог. К тому же, раз он решил остаться здесь, то ему эта карта точно ни к чему.
По крайней мере, он до последнего был уверен, что остаётся. Даже наблюдая, как они собираются уходить, у него разрывалось сердце, но он ничего не делал, уже предвидя позабытые за эти восемь дней ужасы одиночества. Так было, пока в один момент к нему не подошла девочка и, обхватив его руку двумя своими, буквально сказала взглядом: «Пожалуйста, идём с нами!».
Всё время до этого она и Ева были единственными, кто не пытался как-либо повлиять на его решение — ни простым советом, ни убеждением и никак иначе. Они просто были в стороне, ожидая его решения. И может быть, именно такого маленького толчка от того, кто почти его ровесник, ему и не хватало для решимости. Может, дело вовсе в чём-то ином, более сложном, но в любом случае…
После этого не прошло и десяти минут, как парень, одевшись и собрав вещи, уже стоял рядом с ними всеми. Окинул взглядом, вероятно, последний раз в жизни этот дом, что был для него словно частью его самого, и, развернувшись, взял девочку за ручку, протянутую ему, он сделал вместе с ней первый шаг в пугающую, но точно не одинокую неизвестность.
Карэн опустила взгляд и, продолжая неторопливо идти вперёд, посмотрела на свою руку, крепко обвязанную тонкой верёвкой из ткани, которая тем самым напоминала подобие браслета. Хотя, учитывая, что у этого «браслета» есть и другая аналогичная сторона, которая находится в порядке тридцати метрах впереди, лично ей это больше напоминало наручники.
— Что-то не так? — обеспокоено посмотрев на неё, учтиво спросила идущая рядом с ней Алиса.
— Нет, всё хорошо, — слегка улыбнувшись, мило отмахнулась Карэн.
— Правда? — приподняв брови, уточнила Алиса.
В этот момент она явно знала, что Карэн что-то беспокоит, и всё же задала такой вопрос. Это, очевидно, было сделано, чтобы уже сама Карэн решила, хочет ли она поднимать эту тему или же нет.
— Я… боюсь. Мне страшно…
— Но он же далеко…
— Я не о нём. Вернее, не только о нём… — и несколько помедлив, собравшись с мыслями: — Я бесполезна. Раньше у меня было всё — самый развитый Дар среди сверстников, огромная власть, множество денег и бесспорное влияние, с которым могли тягаться единицы. И я, обладая всем этим, наивно полагала, что больше мне ничего в жизни и не нужно — у меня и так есть всё самое необходимое, так зачем стараться? Зачем прилагать какие-либо усилия и учиться чему-то новому? Мне можно просто весело жить и дурачиться себе спокойно, проживая в благодати — так я думала. Однако стоило оказаться в подобной ситуации… как оказалось, что я самая бесполезная из всех, — заслезились её глаза. — Помню, ты говорила как-то так про себя, но на деле ведь это совсем не так. Это точно относится не к тебе. Это относится ко мне. Силы моего Дара не всегда хватает даже чтобы защищать себя саму, не говоря уже о помощи другим и их защите, как это делаешь ты. И я не умею так рационально мыслить, как это без каких-либо проблем делает Ева, а без этого в этих жестоких, диких условиях выживать крайне трудно, не обладая большой силой. Я даже не умею банально готовить, из-за чего этим всегда занималась либо ты, либо Ева. И что самое отвратное — это именно у меня одной единственной из всех был опыт нахождения за барьером. Два раза — столько раз я уже выходила за него и без проблем возвращалась обратно. Этот раз был моим третьим. И я думала… думала, что уж если что-то произойдёт, то я буду той, кто всем поможет — кто будет всех направлять и рассказывать, что делать и как себя нужно вести. А в итоге… от меня не просто меньше всех пользы… — Взяла она другой рукой верёвку из ткани, исходящую и простирающуюся вперёд из её «браслета», — я буквально обуза для вас, которая лишь мешает всем…