Скука…
Казалось бы, Интернет открывает перед человеком невиданные возможности, предлагая доступ к практически любой информации и безграничное количество развлечений на любой вкус. Но как же так выходит, что там порой совершенно нечем заняться, и даже подборки чужих неудач совершенно не радуют?
— Н-да… зажрался. — Я небрежно бросил телефон на низкий газетный столик, а сам откинулся на спинку мягкого дивана, устало прикрыв глаза.
Скука. Жуть, какая скука! И как другие выдерживают-то? Знал бы, что в ночную смену ничего кроме уныния и пустоты в спортивный зал не заглядывает, ни за что не согласился бы подменить Димку. Это он на испытательном сроке у нас, он стажер, и ему полагается вести все стартовые тренировки и коротать ночи на работе. Ему и тем неудачникам, которые не могут набрать себе достаточно клиентуры, чтобы выполнить норму по персональным тренировкам за месяц.
У меня, одного из лучших тренеров спортивного клуба «Вверх!», таких проблем никогда не было. Если подумать, у меня и других проблем не было: высокий голубоглазый блондин с мужественным лицом, атлетическим телосложением и стабильно высоким доходом не только с тренировок, но и с рекламы спортивных товаров — чего мне горевать-то?
Природа дала мне все, что только можно, а родители добавили к этому хорошее воспитание, образование и начальный капитал для самостоятельной жизни. И вот, в свои едва стукнувшие тридцать лет, я вполне состоявшаяся личность, с собственным жильем в центре Москвы и… проклятой чуткостью к чужому горю.
Вот он, мой бич — я не могу оставаться безучастным к чужим проблемам. Так уж воспитали. Впрочем, если копнуть поглубже, то имелся еще один недостаток — сплошные провалы на личном фронте. Почему? Да кто ж его знает. Пару лет назад я даже к гадалке ходил, а она только руками развела: мол, не повстречал ты еще, красавчик, своей второй половинки. Жди.
Вот и жду до сих пор…
Правда, та же цыганка советовала мне быть осторожным в отношениях, мол, не доведут они тебя, Владислав, до добра. Ой не доведут! Под конец мне и вовсе наказали держаться подальше от черных кошек и слупили за это пятьсот рублей. Да, хороша наука: половинку жди, но опасайся.
Открыв глаза, я взглянул на дремлющую за стойкой администратора девушку. Как бишь там ее звали? Наташа, кажется? Слишком часто они меняются тут, попробуй запомни. Я собирался в отпуск, и прежняя сотрудница увольнялась, а эта как раз устраивалась.
Впрочем, чем черт не шутит? А не моя ли ты, Наташа, вторая половинка — или мне тебя опасаться? Легко поднявшись, я размял сильное тело и бесшумно подошел к стойке. Взглянув на спящую девушку, только головой покачал: яркий агрессивный макияж, которого было слишком много, неприятные едкие духи, надутые ботоксом губы и — самое страшное — нарисованные брови.