— Не за что. Что же, я думаю, встретимся на сессии, да? — Когда девушка кивнула, Джухи улыбнулась во все тридцати два зуба и поправила лямку сумки на плече. Заправив выбившуюся из высокого хвоста прядь за ухо, она неловко кашлянула и попрощалась, стараясь как можно быстрее уйти.
Дрянная Даяна ещё долго смотрела вслед этой девушке — она ей чем-то напоминала малышку Мэри. Такая же немного угловатая, в меру стеснительная, с острыми коленками. Только вот Мэри была едва совершеннолетней, а эта девушка, которая чуть покачивалась на высоких каблуках, обучалась в университете. Только подумав о Мэри, Чихо почувствовала, что спина покрылась мурашками, а потом встряхнулась и, несмотря на накрапывающий дождь, пошла домой. Автобусом она пренебрегла — можно просто пройтись пешком, пусть холодные капли смоют морщины на лице от задумчивости, как лёгкий макияж.
Сегодня надо и на работу пойти, сказать, что выйдет вне смены и будет работать по свободному графику, хоть каждый день, так как танцовщиц становилось всё меньше и меньше, а работать надо. Сегодня должна выйти Мэри и парочка новых девочек — Хлои и Микки, — они совсем ещё молоденькие, раньше в стрип-клубах не работали, а следовательно, все три девушки должны наблюдать за Даяной и учиться у неё, хотя педагог из неё, мягко говоря, хреновый.
В квартире было невообразимо душно и пусто. Хотелось открыть настежь все окна, лишь бы воздух проник в помещение и остудил разгорячённую кожу, и включить все телевизоры, чтобы избавиться от чувства одиночества. Отец пропадал на работе, редко-редко приходил днём, а заваливался под ночь, ел и ложился спать. Питомцев у них не было. Даяна бы не успевала дарить столько любви животному, когда вынуждена работать ночью и пытаться учиться днём. Ключевое слово — пытаться. Как бы она ни старалась, ком в горле давил на всё, потому что она порой многого не понимала, а глаза закрывала пелена, мешая сосредоточиться. Не поздно ли перевестись на очное обучение? Наверно, поздно, да и уставать девушка будет в разы чаще.
Переводиться на очное бессмысленно, надо сбежать из этой квартиры, взять несколько вещей, прогуляться. Может, помочь Хону, охранникам и официанткам подготовить клуб к открытию. Или просто лежать на диване в гостиной, закинув ноги на подлокотник, и вполуха слушать о том, что говорит Ли Чон Сок на экране телевизора. Признаётся в любви? Будда, Даяна давно слов любви не слышала, считая их пустыми, ничего не значащими. Такими же были большинство её отношений — пустые, ничего не значащие, сжирающие душу и подавляющие разум. Сейчас она свободна, её душа тоже — выставлена на продажу в дешёвом магазине. На неё никто не позарится — прикрыта тряпкой, которой продавцы протирали витрины.