Жёлтый брелок с розовым фламинго сжался в руке. Когда-то радостное настроение ушло в минус, в бездну, и Чихо опустила голову, понимая, что сейчас без информации о нахождении Люси да банального номера регистрации машины они ничего не смогут сделать.
— Блядь. — Мингю переворачивал в кухне буквально всё, отчаянно матерясь. Госпожа Ким успокаивала госпожу Чон, которая, держась за сердце, плакала и просила сына не материться при ней, а Чихо звонила отцу, барабаня пальцами по подоконнику. — Блядь, если я доберусь до неё, она пожалеет, что вообще родилась на свет!
— Мингю, не матерись при матери, пожалуйста!
Страсти не утихали. Мингю никогда не курил, хотя в подростковом возрасте были единичные случаи затяжек в компании, но сейчас пальцы и губы так и просили сигарету. Жаль, что машина ушла в утиль после аварии — он бы и на ней выместил всё. Даже алкоголя в доме нет, чтобы напиться с горя и потом всё обмозговать. Не на кого свалить проблемы, давящие камнем на душу и заставляющие задыхаться, падать на колени в припадке и просить Буду, чтобы вернул маленькое дитя.
Вызов уже готов был сброситься на автоответчик, как капитан Шин под звучное Мингю «блядь!» ответил, сразу же прочищая горло, потому что знал: дочь никогда не звонит просто так поболтать, а значит, случилось что-то очень серьёзное. Чихо начала говорить сразу же, как отец произнёс слова приветствия, а поэтому мужчина уже достаточно быстро был в курсе дела и знал план действий. Тёмных минивенов было слишком много в городе, а значит, надо или вспоминать дополнительные детали, или ждать, пока похитители дадут о себе знать.
Хотя, зная Люси, она могла сделать всё, что угодно.
— Обращайтесь сразу, вот прямо сейчас. — Шин-старший вздохнул, и его дочь кивнула, понимая, что этого жестка отец не увидит. — Передай маме этой девочки, что всё будет хорошо. Даже если это Итэвон, люди будут работать проверенные.
— Хорошо, пока, пап.
Чихо долго молчала, смотря, как тяжело дышал её парень, сжимая и разжимая кулаки. Она хоть и была единственным ребёнком в семье, немного его понимала, впитывала, будто губка, боль, чувствовала его ненависть, а поэтому устремилась к нему, обвивая торс руками и прижимаясь к плечу. Прикрыв глаза, она почувствовала, как эмоции Мингю хлынули прямиком в неё, заставляя сжаться до размера атома. Чон провёл рукой по волосам девушки, шумно выдыхая ей в макушку. Хёнгу — хоть наивный, но слишком непорочный ребёнок, чтобы быть похищенной сумасшедшей девушкой неизвестно зачем.
Насолить Чихо? Смешно. Непонятно, как можно всё просчитать, если только не действовать на чистейшей импровизации.