Тола явно со своего фланга не видела, как моя малышка-супруга подбегала ко мне и стреляла в гиганта из лука.
— Толачка, всё хоросо! Я сыва. Меня только помяли чуть-чуть.
Лими, замотанную каким-то длинным шарфом, словно детскую куколку, держал в руке неандерталец-переросток Хосе.
— Отдать, или пускай у меня пока попищит? — спросил великан у Габена. — Я бы такую себе тоже завёл. Хорошенькая.
В его лапе малютка фили смотрелась совсем крохотулей. Даже в обмотке не больше пальца гиганта.
— Возвращай, конечно. Это же супруга господина Углова.
У нас внешней разведки нема, зато у этих глаза и уши похоже везде. И всё-то он знает.
— Я сниму эти тряпки? — показал я на обмотку супруги.
— Если девушка пообещает себя хорошо вести, то снимайте конечно.
— Будь при мне. Не пытайся удрать, — попросил я Лими. — Тут, оказывается, всё не так плохо, как нам показалось.
— Буду паинькой, — пообещала малявка. — Сквозь такую толпу всё равно не прорваться, — добавила она шёпотом.
Тем временем одного за одним к нам подводили моих излеченных спутников. Ответ на задаваемый всеми вопрос: «Что за хрень происходит?» передавался по цепочке тихими голосами. Дрейкус мёртв. С нами хотят поговорить. У нирийцев какое-то предложение. В драку не лезть. Командира не дёргать. Кандалы скоро снимут.
Впрочем, одному из нас, дар нужно бы вернуть прямо сейчас.
— Месье Габен, у меня одна просьба, которая не терпит, — привлёк я внимание француза, о чём-то спорящего с чуваком в островерхом шлеме чуть в стороне от нас.
— Да, да, Александр. Уже иду, — откликнулся манник. — Место, где мы сможем пообщаться в более комфортной обстановке уже почти подготовили. Сейчас перейдём туда. Что вы хотели?
— Вот этот вот парень, — указал я на Гвидо. — Он не представляет опасности. Он лекарь. Снимите с него ваши наручники. Нам потребуется его дар.
— Снять можно, — подозрительно покосился на итальянца француз, — но смысл? Раненых, ни у вас, ни у нас не осталось.
— Раненых нет, мёртвый есть. Мне хотелось бы вернуть к жизни вон ту кучку падали.
— Дрейкуса? — удивился Габен. — Я думал, что его смерть вас порадовала.
— Порадовала, конечно. И ещё раз порадует. Нет, я не спорю, то, как ваш большой друг, его прихлопнул, вышло очень символично, но мне он нужен болтающимся в петле на центральной площади Кано. Да и сорок вторая ступень — это много силы. Терять девять десятых как-то слишком уж расточительно, не находите?
— Нахожу, — согласился француз. — И подумывал даже поручить убийство Рэ нашему штатному сборщику. Но потом решил, что надёжность в этом деле важнее, а убивать быстрее и надёжнее чем Хосе, не умеет никто. Извиняюсь, совершенно забыл, что ваш лекарь располагает серьёзными сроками оживления. Сейчас всё устроим.