— Спасибо, что вернулась ко мне, — произнесла я с благодарностью, приложив руку к груди.
Улыбнулась своему отражению, чувствуя, как внутри расцветает новая жизнь, полная возможностей и силы. А после резко обернулась.
Уротон и Идиолетта застыли в немом изумлении, глядя на то, как я, теперь уже арахносска лунного света, возвышаюсь над ними. В их глазах читался страх — страх перед силой, которую они пытались использовать против меня, но которая в итоге стала моим величайшим даром.
Идиолетта первой пришла в себя от шока. Ее пронзительный визг разрезал воздух, словно острый нож. Она заметалась по кабинету, как загнанный зверь, сшибая все на своем пути. Роскошное платье зацепилось за край стола, и в этот момент одна из свечей, стоявших на нем, опрокинулась.
Пламя жадно вцепилось в тонкую ткань, мгновенно превращая наряд баронессы в пылающий костер. Ее волосы, которые она так тщательно холила и лелеяла, вспыхнули, как сухая солома. Идиолетта, охваченная паникой, не замечала, как огонь лижет ее кожу, как плавятся ресницы и брови.
Я, движимая инстинктом спасения, бросилась к ней.
Мои новые конечности действовали с поразительной скоростью и точностью. Одним плавным движением я схватила метавшуюся женщину, оторвала ее от пола и потушила с помощью собственной паутины. Сама не поняла, как это произошло. Просто действовала на инстинктах. Когда дым рассеялся, перед моими глазами предстала жалкая фигура: облезлая, без волос, ресниц и бровей, в обгоревшем платье. Ее лицо выражало такой ужас, что даже мое сердце дрогнуло.
Уротон все это время прятался под столом, дрожа от страха. Его обычно надменное лицо теперь было белым, как мел, а глаза выпучились от ужаса. Когда я протянула к нему одну из ног, он решил, что я собираюсь вытащить его наружу, чтобы расправиться, как с насекомым.
— Не трогай меня! — взвыл он, пытаясь забиться еще глубже под стол. — Не трогай! Все сделаю! Проси, что хочешь!..
Я медленно приблизилась к нему, стараясь говорить спокойно:
— Не дрожи, муравьишка. Я не собираюсь мстить. Тебя ждет честный суд этого мира. Но убивать я не стану. Это ниже моего достоинства.
С этими словами я вытащила Уротона из его убежища. Он был настолько напуган, что едва держался на ногах, представляя собой жалкое зрелище по сравнению с тем властным графом, каким он был всего несколько минут назад.
В ответ на это заявление я услышала топот многих ног об пол. Арахноссы и кентавры услышали крики и ринулись мне на помощь. Но она не понадобилась. Я справилась сама. Точнее, с помощью моей второй сущности. Моей маленькой сбывшейся мечты.