К сожалению, замес начался и без меня. Пока отвлекался, отбивая оборону, сеча уже завязалась. Конница сшиблась, набежала пехота. Первая треть всей области битвы перемешалась в хаотичной драке. Остальные массами попытались давить друг друга, не нарушая строя. На этом и сыграл, обрушив на головы врага всю мощь моих птичек.
Только что стоящие мощно коробки половцев посыпались, как игрушечные солдатики. Наши начали давить, явно не понимая, что произошло.
Нагрянув с тыла, я приземлился неподалёку от ещё не добитой вражеской толпы и взялся за «Вьюгу», с которой очень быстро мне удалось выпилить ещё сотри три прежде, чем половцы начали серьёзно огрызаться стрелами, копьями и магическими ударами.
Перелетев на другой фланг с оставшимися двумя Скатами, устроил месиво и там, лишая противника манёвра окружения. Нанеся врагу массированные удары, ворвался с мечом в самую сечу уже лично.
Работая по минуте в драках, перепрыгиваю и перелетаю во вражеские скопления. Несмотря на мою скорость и прыть, по броне периодически барабанит стрелами, рикошетят копья и даже проскальзывают клинки.
Вскоре нахожу первого мага, который активно раздаёт вихри, раскидывая наших. Сношу ему голову на лету, затем перехожу на шрапнель, расстреливая кочевников в упор. Враг начинает шарахаться от меня, как от огня, открывается для ростовских бойцов, к которым приходит понимание, что за зверь им тут помогает.
Ещё на подлёте подмечал, где орудует Сашка. Раскидывала она всех знатно, но порубившись в массе, я всерьёз озадачился её безопасностью. Поэтому стал продвигаться к ней, прорубаясь через толпы и мечом, и шрапнелью.
Спустя лишь час удаётся пробиться к ней через месиво, оставляя за собой горы трупов. Среди горок лошадиных туш и человеческих тел, образовавших импровизированную арену, бьётся наша княжна уже без шлема с мощным чернявым воином в крутых металлических доспехах, которые магией светятся, как новогодняя ёлка. Крупным красным мечом тот орудует, как тросточкой, не уступая оппоненту в скорости.
И бьётся не хуже нашей Сашки, даже поддавливает. Половецкий главарь, не иначе.
Остальные не лезут, возятся по сторонам. Витязи с другими мощными половцами сцепились, похоже, тоже на долгосрочную драку. Видимо, командование с командованием решили устроить выяснение отношений.
— Сырчан мой! — Визжит княжна, завидев меня, поднимающегося на тушу скакуна.
Вид у меня, конечно, злобный — я как в крови искупался, по–другому не могу. Вот и переживает, что сожру и этого.
— Да, пожалуйста, развлекайся! — Отзываюсь и раздаю шрапнелью по сторонам, подрубая подвернувшихся под руку вражин.