– Думала, ты шампанского купишь, – хохотнула, откусив вкусняшку.
Повод есть. Я, наконец, поступила в университет. На факультет управления магическими потоками – для энергика подходящая профессия. Получу диплом и на помаду себе точно заработаю.
– Обязательно было красить волосы в красный цвет? – заворчал Давыдов, игнорируя моё почти праздничное настроение.
О, это он ещё долго держался!
Приехал с утра, чтобы отвезти меня на вступительные экзамены, и лишился дара речи, увидев обновлённую шевелюру дочери. Не стал ругать до универа, а сейчас не выдержал. Дядя Слава любит воспитывать. Меня не напрягает. Это забавно, да и бурчит он без злобы – по-отцовски.
Мой папа из Королёва?..
Где-то в Израиле. Пока не скачет, но шансы есть. Давиду удалось отыскать счёт, на который Огнецвет складывал деньги Холщёва. Не совсем законно, но мы направили их на лечение чужого мне человека. Пусть. Хотя муж со мной в этом вопросе не согласен… А я считаю – надо уметь прощать. Так легче дышится.
– Это розовый жемчуг, – обняла Давыдова за плечо. – Цвет такой. Модный.
– Модный, – фыркнул. – Мороженое ешь.
– Ем я. Ем, – откусила вафельный рожок. – Вкусно.
Нам редко удаётся выбраться с ним куда-то вдвоём. У дяди Славы работа, у меня семья, а сейчас ещё и учёба будет. Вылазка в парк мороженого поесть – праздник. У нас небольшая семья, зато крепкая.
Я часто вспоминаю Ольку. Пожалуй, мама самая порядочная из тех, кто был замешан в грязной истории. Она тоже хотела получить от меня немного магии, но в отличие от остальных, пыталась помочь. Олька навсегда останется для меня мамой.
Драконью самку, которая родила меня, назвать матерью язык не повернётся. Я наивно полагала – женщина оступилась, испугавшись родительского гнева, но с годами стала мудрее, раскаялась. Нет, не стала и не раскаялась. Получив практически амнистию от хозяина Вивернограда, чистокровная объявилась в моей жизни со словами «доченька, я так скучала» и мыслью – деньжат не подкинешь? Судьба не сложилась – родители почили, завещав всё не ей, муж сделал ручкой – встретил истинную уже в зрелом возрасте. Я бы пожалела и денег дала, но дамочку ничего, кроме собственного финансового благополучия, не интересовало. Мы провели вместе несколько вечеров, я пыталась рассказать о себе – она кивала и оценивающе глядела на мой новенький смартфон, спрашивала, сколько я трачу на шмотки. Я предложила познакомить её с новорождённой внучкой, а в ответ получила – «Да, да, да. Когда сможешь перевести на мой счёт?». Не нашли мы общий язык. Пусть живет как знает. Не в Вивернограде только.