Приглядевшись, я увидел чёрточку со шлейфом, но в это раз она была значительно меньше, на пределе восприятия.
Спустя секунду изображение существенно приблизилось, демонстрируя впечатляющие возможности оптики, с которой велась запись. Теперь стало возможно разглядеть силуэт ракеты.
Я уже хотел было спросить про идентификацию модели, но тут вдруг изображение ракеты полыхнуло белым. Изображение снова «отъехало».
В центре ночного неба расцвел огненный цветок.
Пуля присвистнул.
— Работающее ПРО? — спросил он.
— Какая-то из пусковых установок уцелела, — ответил Харрис. — Но не это самое интересное.
— Слушаем, — кивнул я.
— Старт был из района красной зоны. Примерно в тех координатах, которые передали вашему другу. А вторая часть съёмки была передана по уцелевшему оптоволоконному каналу из подконтрольной нам обсерватории в Иллинойсе.
Я промолчал, переваривая полученную информацию.
— Но это ещё не всё… Мелинда, дай увеличение момента эвакуации.
Изображение дёрнулось и немного отмоталось назад, в момент за мгновение до взрыва. Теперь стало видно, что корпус ракеты раскалывается до того, как его поражает снаряд, запущенный с земли, и его часть отстреливается на большой скорости в сторону и вниз.
— Система спасения, — сказал Харрис. — Мы начали поисковую операцию, но, как вы понимаете, в том районе ситуация остаётся нестабильной. До вашего приезда мы как раз обсуждали возможность, каким образом вас можно было бы к ней подключить. И, похоже, нашли решение.
Я немного не так представлял себе путешествие на запад бывших США. Думал, что конфедератам удалось восстановить полноценный гражданский авиалайнер. И они действительно работали на этом направлении. Однако нам предоставили древний самолёт-амфибию «Боинг 314».
— Там, куда вы полетите, проблема с аэродромами. Более-менее крупные или разрушены, или находятся в красных зонах. До ближайшего целого более ста миль. Сами понимаете, не вариант. Зато в непосредственной близости берег озера! — говорил Харрис, с гордостью демонстрируя нам это чудо восстановленной древности.
— Лет десять назад машина участвовала в «Ошкоше», — поддерживал его рейнджер Питерсон, которого назначили лететь с нами, вместе с двумя отделениями местного спецназа. — Надёжная как чёртова бетонная плита. И летает примерно так же!
Он засмеялся.
Мы с Пулей переглянулись и пожали плечами.
Крылатая машина стояла возле длинного пирса на берегу реки. Нас привезли сюда рано утром, после чего последовал короткий инструктаж от местных вояк.
Лететь придётся долго — около пяти часов. Пропеллерная летающая лодка вовсе не была образцом скорости. Нам предоставили автономность в принятии решений на месте. В разумных пределах, разумеется — во время поисковых работ нам предписывалось регулярно выходить на связь со штабом по шифрованному каналу, докладывать обстановку.