Исключением стал один из срезов — в отличие от других, он оказался населён. Там скорость пришлось снизить с «безумной» до просто «высокой».
— А то хлопнут с дрона за превышение — и всё, — пожаловалась Аннушка. — Оштрафуют, а то и тачку отберут. Тут с этим строго.
Они ехали по правой полосе, оставляя слева лёгкие, похожие на пузырьки из стекла и пластика машинки, из которых на них глазели люди. Они, кажется, никак своими машинами не рулили. В них и рулей-то не было.
— Чо пялитесь, пассажиры? — орала им Аннушка и показывала в окно средний палец.
Те радостно махали в ответ, видимо, не понимая смысла жеста.
— Автопилот до добра не доводит, — сказала девушка Василисе, — однажды эти жестянки сойдут с ума и всех об стену поубивают.
Маршрутные игры
— Мне кажется, я что-то увидела, — крикнула Аннушка на очередном пустынном перегоне, где красный песок плыл под колёсами, поднимался шлейфом за машиной, садился на кузов и стёкла, затягивал мелкой взвесью кабину, хрустел на зубах и шуршал в волосах. — Чёрт, надо фильтр воздушный почистить, а то тяга падает. Засирает его тут моментально…
— Что увидела? — отозвалась Василиса.
— В небо смотрите. Вот сейчас, на холмик выпрыгнем…
Автомобиль взлетел на холм, на секунду оказавшись выше облака красной пыли, дети принялись старательно пялиться в окна.
— Да, что-то летит за нами, — подтвердила Василиса. — Далеко, но мне кажется, я видела такую штуку.
— Мы все её видели, — мрачно сказала Аннушка, — она у тех военнообязанных к броневику была прикручена. Что-то мне это совсем не нравится.
— Она может напасть?
— Сама по себе — вряд ли, это разведывательный флаер, а не штурмовой. А вот навести кого-нибудь — это очень даже запросто. Давайте-ка слегка поиграем маршрутом…
«Поиграть маршрутом» в исполнении Аннушки означало серию безумных скачков на Дорогу и обратно, пренебрегая даже её свободными представлениями о безопасном вождении. Машина ныряла в туманный кокон межпространства и выныривала то в джунгли, где мчалась в сумрачном коридоре лиан и папоротников, то в сплошную пелену дождя, где видимость падала до нуля, и водительница рулила, кажется, на одной интуиции, то в заснеженное марево бесконечной ледяной пустыни, где она сообщила, что «починить печку руки никак не доходят». Василиса прижимала к себе Лёшку, боясь, что он снова простудится, и с ужасом смотрела, как лихо скользит машина по обледенелой трассе.
— Тут главное — забыть, что у тебя есть руль и тормоза! — смеялась Аннушка. — Занесёт, выкинет с дороги, замёрзнешь в сугробе к чертям! Рулить тягой! Иэ-э-эх! Банзай, пассажиры! Не сцать, а то примёрзнете!