Если подданные и заметили, прочесть это по их лицам вряд ли было возможно. Советник Шеллар и мастер Чань, будучи по характеру совершенно разными людьми, поразительно походили друг на друга в одном: в умении держать лицо. Созерцание этих скульптурных физиономий частенько раздражало Харгана, но сегодня их сдержанная неподвижность, наоборот, успокаивала.
— Так что вы говорите?.. — переспросил наместник. — Это был не яд?
— На внутреннюю поверхность крана вашей ванной был нанесен пастообразный вариант так называемой «пудры». Это широко распространенный в здешних краях галлюциноген, действующий на сознание при попадании на слизистые оболочки. В шприце содержался более тяжелый наркотик, но доза не была смертельной. Согласно признанию первосвященника Джарефа, в его намерения не входило покушение на вашу жизнь.
— А что тогда? — Можно было бы напрячься и сообразить самостоятельно, но зачем, если сейчас все равно доложат и объяснят?
— То, что я говорил вам давно, — подал голос Шеллар. — Брат Джареф хотел править. Сам. Пока он чувствовал над собой власть Повелителя, он пытался добиться его расположения. Как только он догадался, что портала больше нет и Повелитель не может оказывать влияние на происходящее здесь, он попытался избавиться от вас. Убить вас Джареф не мог, посвящение не позволяло, да и невыгодно это ему. Поэтому он подсунул вам наркотик, чтобы привести вас в недееспособное состояние. По его расчетам, вы должны были наглядно продемонстрировать свою неадекватность некоторому количеству свидетелей, после чего вас объявили бы больным и принялись лечить. Сущность этого «лечения» только что наглядно изложил мастер Чань. Это так удобно — наместник вроде и на месте, извините за нескладный каламбур, но брату Джарефу ничуть не мешает. А случись вдруг такое, что портал восстановится и Повелитель призовет к ответу, — героическими усилиями брата Джарефа и его целителей господин наместник спасен. Правда, его здоровье все еще вызывает опасения, поэтому с докладами брат Джареф пока будет ездить лично…
— Все именно так, — бесстрастно согласился глава департамента. — Правда, брат Джареф изложил свои мотивы немного иначе. Он утверждает, что таким образом пытался вывести вас из-под вредного влияния брата Шеллара, и в свою очередь выдвигает встречные обвинения. В частности, глава ордена высказал сомнения в верности советника и в действенности посвящения…
— Пока был жив мастер Ступеней, таких сомнений не возникало, — холодно вставил Шеллар.
— У меня их не возникает и сейчас, — произнес Харган, уловив в голосе советника знакомые хрустящие интонации, предвещающие конфликт. — А в отношении брата Джарефа они у меня возникали, и задолго до того, как их высказал советник. Кстати, мастер Ступеней был со мной согласен.