— Или тебе настолько безразлично все чего ты смог достичь в этом городе, что готов пустить все это в пропасть? — Продолжал он тем временем, приняв вальяжную позу в кресле — словно это он тут хозяин, а не я. — Договорился с одним местным купцом, что бы тот организовал еще один рейс на запад. А ведь его корабли будут проходить через порты Империи. Будет досадно если в одном из них окажется, что их команда окажется повинна в ереси. Ну, или же окажется, что капитаны кораблей тайные культисты. Учитывая в каком шатком положение, этот купец, подобное станет окончательным гвоздем в крышку его гроба.
Мне пришлось все же собрать всю силу воли, чтобы мои следующие слова казались как можно более спокойными:
— И почему меня должна беспокоить судьба этого купца?
— Возможно, потому что тогда для тебя местный рынок будет окончательно закрыт? Хотя подожди, тебе же и так есть куда уйти, с чего это тебя должно волновать судьба местных и твои связи здесь, верно?
— Будет неприятно, но я переживу, — поморщился от такого явного шантажа.
— А твой знакомый мясник с его милой дочкой? — Совсем уж кровожадно улыбнулся он.
А вот на этих словах я уже не сдержался, потянувшись к спрятанному под легким жилетом пистолету. И видимо, по-моему, лицо он понял, что перегнул палку, поспешно заявив:
— Максим, я тебе не враг, — заговорил он уже более миролюбивым голосом. — И даже более того, в какой-то степени твой союзник и могу помочь с легализацией. Насколько мне известно ты пытался заполучить документы на платное дворянство, но из-за войны царица выдает такие грамоты только за службу в армии. А тебе как я понимаю не хочется учувствовать в ее войне? Я могу поспособствовать тебе и замолвить словечко перед царским приказом. Полноценное дворянство не обещаю, но ограниченное выбить можно будет.
Я хмуро продолжал смотреть на него, не отводя взгляда и ожидая, что же он еще скажет. Этот человек не просто смог найти рычаг давления на меня, но еще и умудрился понять суть той проблемы, из-за которой у меня не было возможности развернуться на полную.
Но он молчал, явно наслаждаясь той тишиной, которая образовалась после его слов.
Ему не просто нравится ставить людей в безвыходные положения — он буквально от этого получает кайф, — понял я очередную натуру этого человека.
— Братец, — все же пришлось мне нарушить тишину, и подавшись вперед посмотреть тому прямо в глаза. — Предположим, что я устрою тебе встречу с ним, но ты же понимаешь, что лишь это тебе ничего не даст? Или ты думаешь я каким-то образом заставлю его работать с тобой?