— А ты с полицией на каком языке говорила? — не отстаю от Лены, потому что любопытно.
— Арабский, — удивлённо смотрит на меня Лена. — А что там говорить? Они спросили, что случилось. Я ответила, вон драка, это я вас вызывала. В полиции же только ло́калы служат. Ну, местные. Значит, язык арабский. Ну или английский, если бы они по-английски спросили.
— Респект.
— Я же тут давно. Одно время вообще насовсем хотела остаться, готовилась к этому. Тоже в разные варианты влипала поначалу, а индийская и пакистанская диаспоры — самые большие. Приходилось сталкиваться. У бати в банке, например, более пятидесяти процентов сотрудников индусы и пакистанцы.
— Ух ты…
— Грамотные на уровне нашего универа, — поясняет Лена. — А кое в чём и похлеще… А работают за гораздо более скромную зарплату. Причём, пакистанцы ещё и добросовестнее многих.
На пляже отеля валяемся ещё около часа.
— Темнеет тут действительно стремительно, в сравнении с нашим климатом. — Лениво замечаю из своего шезлонга.
— Ага. Чем ближе к экватору. Если прямо на экваторе, да ещё и в какой-нибудь горной зоне, вообще в шесть уже фонарь с собой брать надо. — Кивает Лена, поднимаясь. — Мелкий, подъём. Поехали Аську с Вовиком проведывать.
В госпиталь, где лежит Вовик, нас пускают без вопросов по какой-то карточке, которую Лена достаёт из сумочки.
— А откуда у тебя тут пропуск? — снова удивляюсь. — Или врачи могут войти в любую больницу в любой стране?
— Мы с Аськой тут ассистировали. Я сразу оговорила, что буду проведывать. Вот мне что-то и выписали.
— Кстати! Спросить хотел! А ты что, по-арабски говоришь? — спрашиваю то, о чём хотел спросить ещё в полиции. — Ты к полицейским два раза на нём обращалась.
— По-арабски говорю, — кивает Лена. — Но не особо. «Говорю» это громко сказано. Так, знаю примитив, чтоб объясниться. В магазине что-то купить, на улице сориентироваться, помощи попросить, ещё по мелочи. Сказать, что вот прямо знаю язык, не могу.
По итогам нашего посещения оказывается, что Вовику лежать в больнице ещё неделю. Местные хирурги вроде бы всё сделали нормально, но дело, как говорится, находится на контроле «на самом верху» и хирурги настаивают, что они должны наблюдать швы в течение недели.
Вовик, в принципе, не против задержаться тут подольше, поскольку его напрягает по времени только оговоренный срок возвращения из мини-отпуска в банк. А поскольку тут сам Роберт Сергеевич, то…
Асель сказала, что жить будет с Вовиком в палате и от ключа либо номера в БУРЖ АЛЬ АРАБ отказалась: