Я тихо пробираюсь к картине.
Встаю напротив нее. Скольжу грустным взглядом по табличке «Продано» внизу полотна.
Сильнее сжимаю в пальцах ножку бокала.
Покупатель будет любоваться на эту картину, гадая кто эти мужчина и женщина. А может, мечтая хоть раз испытать те же жгущие чувства. Или придаваться воспоминаниям о своей безвозвратной любви…
Но я ее уже никогда не увижу.
Медленно прикрываю глаза, в миллионный раз транслируя в сознание мантру: «Пора отпустить. Он не любит тебя. А ты не любишь его. Эта была просто похоть. Запретная страсть. Маленький грязный секрет».
Но, почему-то от «просто похоти» так сильно ноет порой слева под ребрами.
И думаю я об этом секрете слишком уж часто. На запястье красный след от ударов резинкой вообще не проходит…
И в это платье влюбилась лишь из-за цвета, который так напоминает…
Щелк! Распахиваю глаза.
Привычка бить себя по запястью, наработанная длинными месяцами, как панацея спасает.
Я трясу головой, будто сбрасывая оцепенение. Цепляю на губы вежливую улыбку. Посылаю картине прощальный взгляд напоследок, и уже собираюсь вернуться к гостям, когда слышу за спиной короткое, но такое ласкающее:
– Софи…
Раз. И мир, наполненный живыми людьми начал меркнуть. Снова сузился до одного человека.
Я оборачиваюсь.
Вуаль вернулась.
А под ней – только Он…
Губы раскрываются сами собой, судорожно втягивая глотки кислорода. Ноги слабеют. Перед глазами дрожит наполненная людьми галерея.
И Он.
Данис.
Данис Асадов.
Миллиардер, разбивший мне сердце, и лучший друг папы…
Мужчина, которому я подарила невинность.
Человек, чье имя отпечаталась в моем сознании перманентно. Тут не поможет никакая резинка…
– Данис, – вуалируя рваный вдох, сорвавшийся с губ, говорю.
Улыбаюсь, въедаясь голодным взглядом в него.
Данис по-прежнему высок, красив, невероятно обаятелен, и все так же недосягаем.
Сколько бы я ни пыталась обмануть себя в прошлом, реальность неутешительна – он никогда не воспримет меня, как равную. Для него я так и останусь крошкой Софи. Умницей – дочкой лучшего друга.
– Здравствуй, – дергая уголком губ произносит.
За последние 10 месяцев эти губы снились мне ни много ни мало, всего лишь раза 304. Ну это навскидку… Примерно.
Я скольжу взглядом по небрежной укладке, по красивой щетине. По изумрудному взгляду, так похожему на цвет шелка моего платья.
– Здравствуй… – шепчу.
Мы молчим, глядя друг другу в глаза. Минуту. А может быть, вечность.
С ним время идет совершенно иначе.
Дан первым нарушает молчание. Сжимая в руке стакан виски, делает шаг навстречу ко мне.
Парализованное дыхание еще больше отказывается мне подчиняться. Кислород в тело практически не поступает.