Глава третья.
Эвитан, Лютена — Восточный Тенмар.
1
— Я хочу домой…
Ее зовут Соланж. Соланж Тенье. Отец должен одобрить такое имя для невестки. Ему и самому всегда нравились южанки.
В конце концов, ирония судьбы — Гуннор выполнил его волю. Вместо Академии продолжил военную карьеру. Сразу по прибытии в Лютену.
И женится уже вот-вот. Если выживет. Всё для вас, дорогие родители. В лучшем виде.
И дочь простого дворянина — идеальная пара для наследника простого дворянина, разве нет?
— Я хочу домой…
Хорошо еще, ее дом — далеко от Лютены. Художества ублюдка Гуго туда не докатятся. Не успеют — даже если он отдаст приказ грабить всю страну. Эрик остановит его раньше. А не он, так восставшее население. Их терпение тоже не безгранично. Ормхейм взвился бы на дыбы за меньшее, но столица удивительно спокойнее. Сытые горожане слишком ленивы. Еще не успели осознать, куда вляпались. И кто их туда вляпал.
— Отец отправил меня в Лютену — к кузине. Меня и Софи. Ничего не объяснил. А теперь — как он там?
— Тенмар — далеко, — озвучил собственные мысли Гуннор. — А на Лютену вот-вот придет армия герцога Эрика.
Короля Эрика. За неимением законных отпрысков трон займет бастард. Особенно с армией.
Грустные-грустные небесно-голубые глаза. Полные непролившихся слез. Когда-то Гуннор смеялся над такой метафорой. Теперь готов вызвать на дуэль любого, кто посмеет ухмыльнуться.
Впрочем, нет. И без дуэлей хватит, кого убивать. А обидчику можно и просто в морду…
— Этот Эрик — он уже как легенда. Все его ждут, но где он?
— Ну не мог же полководец раствориться по пути — вместе с регулярной армией. Все-таки вел он не гуговцев. Я вам обещаю, Соланж: ни с вами, ни с вашей сестрой ничего дурного не случится. Пока я жив.
2
Пьяно орут гуговцы за стенами, молятся женщины — в стенах. Одни монахи сражаются молча. Они — и паренек-ормхеймец.
А молиться за всех воинов — обязанность кардинала. Как раз, чтобы наверстать упущенное. Как в сказке «Долго же ты спал». Две смены власти продрых.
Молись — раз уж сражаться теперь не в силах. Разве что в качестве знамени. Да и то — с помощью укрепляющего зелья Жерара.
Увы, особняк — действительно не крепость. Можно отстреливаться из окон, совершать дерзкие вылазки. Но гуговцев теперь не три сотни. И далеко не все сторонники нового короля — паршивые вояки. Увы, «подонок без чести и совести» — еще не обязательно значит «разжиревший от пьянства и лени слабак».
Так, что-то новое. Видимо, протрезвели окончательно. Потому как выслали парламентера с белым флагом.
Нет. С очень светло-розовым. И даже почти чистым.