— Ты знаешь, где мы сейчас? — спросила доктор Мензах.
Ее дом находится на какой-то планете. Я знал это, потому что послал ее семье чипы памяти. Чипы с важной информацией. Из-за которых нас чуть не убили.
— Я не люблю планеты, — сказал я. — Там пыльно и дрянная погода, и вечно кто-то пытается сожрать людей. И с планет труднее сбежать.
— Надо полагать, это значит «да», — произнес за ее спиной Гуратин.
На корабле не было камер, и потому я никого не видел. Нет, постойте, я же могу видеть глазами.
— Мы прибываем на транзитную станцию «Сохранения», — сказала Мензах. — Ты знаешь, что произошло?
— У меня был критический сбой. Это же очевидно.
Она кивнула.
— Ты слишком далеко забрался, когда боролся против враждебной сетевой атаки на корабле страховой компании. Помнишь?
Вроде помню, но мне не хотелось об этом говорить.
— Почему этот корабль такой старый и дерьмовый?
— Может, он и старый, но уж точно не дерьмовый, — возразил Ратти. — Его привезли на «Сохранение» в трюме другого корабля вместе с нашими дедушками и бабушками, который потом превратили в станцию. Только не с дедушкой и бабушкой Гуратина, он прибыл позже.
— Ваши дедушки и бабушки тоже летели в трюме? — усомнился я.
Сам я много раз летал в качестве груза в трюме, но никогда не видел там людей. Конечно, я не заглядывал внутрь транспортных контейнеров, но… В общем, вы поняли.
— Они летели в специальных боксах, потому что путешествие заняло почти двести лет. — В голосе Мензах звучала улыбка. Я помнил, как это бывает. — Они были беженцами из неудачно колонизированного мира, и это был единственный способ спастись. Прибыв в систему «Сохранение», они создали альянс с поселенцами из двух других систем, которые устроили похожие лагеря беженцев. Когда их обнаружили корабли с Корпоративного кольца, поселенцы отказались от помощи и остались независимыми.
Я нашел кластер архивных данных о «Сохранении». Так, понятно. Мой статус на планете выше, чем у оборудования или летального оружия, но я все равно должен иметь владельца. То есть должен быть довольным ботом-слугой или что-то в этом роде. Не так уж плохо, в самом деле.
Наверное, я произнес это вслух или давно уже говорил вслух, потому что доктор Мензах уточнила:
— Больше никто на корабле не знает, что ты автостраж. Все считают тебя дополненным человеком, который получил ранения, когда нас спасал, и тебя привезли на «Сохранение» как беженца.
Я повернулся и посмотрел на нее. Она стояла рядом со мной, Гуратин сидел на стуле перед портативным сферическим экраном, Ратти — на скамейке, а Пин-Ли прислонилась к стене рядом с люком. Кстати, корабль все-таки дерьмовый. На нем воняет нестираными человеческими носками.