Прощаюсь и выдыхаю. Хорошо, что все это закончилось. Осталась только Яна и все будет гут.
Сворачиваю по коридору и иду к реанимации посмотреть дочку.
– Ты чего не спишь? – замечаю на стульях возле окна Волкову.
Сидит, подняв босые ноги на стул и обнимая себя, – заболеть хочешь?
– Здравствуйте, – поднимает на меня глаза, – хочу.
И снова гипнотизирует дверь напротив.
– Расскажи им все и проще станет, – это я тебе по своему опыту говорю.
– А мне ваш опыт не нужен. Вы с моей семьей не жили, и от женатого мужчины не забеременели.
Да уж. Молодая ещё, глупая.
– Помогите. Вам же не сложно.
– Ты понимаешь, что если такое всплывает, то меня лицензии лишат.
– Не всплывет. Я обещаю.
– Мия-Мия….
– Что лучше подставить любимого человека или уехать?
Прям мою жизнь вспарывает скальпелем.
– Ни то, ни то. Когда мне надо было сделать такой выбор, я уехал. Потому что подставлять однозначно не стал бы. А сейчас думаю, что уезжая надо было ее с собой забрать. Вот так было бы круче. И ребёнка бы не терял, и все дела решил.
– Я так не могу.
– Всегда есть выход. А ты представь, что тебя отбросило на десять лет вперед и ты оглядываешься в этот момент. Чтобы ты сказала себе сейчас? Или подумай, кто для авторитет и чье мнение ты бы послушала. Подумай ещё, уверен что-то придумаешь.
Она также грустно кивает и утыкается в стену напротив.
Я бы помог ей, с радостью, но если бы накануне не стояла моя карьера.
Оставляю Волкову и иду всё же в реанимацию.
Наша девочка не двигаясь лежит. И только приборы показывают, что в ней бьется жизнь.
Касаюсь прохладной хрупкой ладошки и растираю её.
– Маленькая моя, боец мой. Столько дел у нас ещё впереди, давай просыпайся. Всё же хорошо у тебя. Папа все сделал и залатал. Теперь хоть в космос.
Сижу в тишине. Долго на нее смотрю. Не замечаю, как отключаюсь.
– Мама, мама! – просыпаюсь от резкого окрика.
На ходу просыпаюсь, вскакиваю со стула и к Яне.
Очнулась.
– Тише, малыш, – глажу ее голове, – это папа, – на автомате ее успокаиваю, наклоняюсь и целую.
Она часто дышит, оглядывается.
Я тут же как взрослого осматриваю ее. Профессиональное уже, наверное, сперва осмотр, потом сюси-пуси.
– Я не хочу туда больше, там страшно.
С ней всё в порядке.
– Я тут, с тобой, больше никуда не надо.
– Я к маме хочу, — складывает дрожащие губки и шмыгает носом.
– Сейчас я её позову.
Разворачиваюсь, чтобы сходить за Женей.
– Папа! – окликает в спину и я торможу. – Не оставляй меня, я боюсь.
Папа. Я улыбаюсь сам себе, как дурак, которому выпал джекпот.
Папа…. Теперь точно я самый счастливый.
Возвращаюсь назад.
– Хорошо, тогда вызовем маму.