Ее мир ограничивался комнатушкой и двором, который она убирала. А для меня это было удивительно: «Мам, ну ведь сейчас весь мир открыт, лети – куда хочешь, не то, что в советское время! Как можно не хотеть его посмотреть?!». Для меня лучше бы вообще ничего не знать о мире, чем знать многое и быть не способным его увидеть, а тем более, не хотеть его увидеть.
Мне казалось ужасным сидеть в своем сонном районе, зная, что громадный, прекрасный мир где-то рядом, и его жизнь проходит мимо тебя. Ты чувствуешь себя, как птица, которая не может летать, как парусник со спущенными парусами, как человек, прикованный к инвалидному креслу. Но когда у тебя есть выбор и возможность, а ты их не используешь и продолжаешь жить своей бесцветной жизнью – это страшно.
Невозможно представить, что страна или даже весь мир закроют границы. Наши родители, моя мама, пережили время, когда выезд из страны простым смертным был под запретом. Наверное, сложно было смириться с тем, что придется провести всю жизнь вот так, в бездействии, не увидев, не попробовав, не испытав. Хотя, подозреваю, что в глубинке эта безнадежность ощущалась не так остро. Мои тетки за всю свою жизнь не покидали пределы родного села. Наверное, им там было комфортно, в своем маленьком мирке. Хозяйство, опять же. Да кого я обманываю: не надо им было этого, как и моей маме не надо, хоть она и переехала в большой город.
Не знаю, как угораздило меня родиться с интересом к путешествиям и приключениям в такой семье. Эта детская мечтательность о других городах и странах переросла в профессиональный интерес. Пять лет я отработала менеджером в туристической фирме, набралась опыта, набила клиентскую базу, а потом уволилась и открыла свое туристическое агентство.
Первое время я как на крыльях летала. У меня свое турагенство! Думала, установлю, наконец, свои правила. Но правила диктовал рынок. И, как и раньше, Турция шла «на ура». Дела шли хорошо, клиентов прибавлялось. Я самостоятельно купила маленькую студию на последнем этаже в новостройке, пусть часть денег на приобретение и взяла в ипотеку, сама себя обеспечивала. И зачем мне мужчина? Но любви-то хотелось…
А в личной жизни был полный провал. Видимо, из-за моего сильного характера липли ко мне всякие слабаки – маменькины сынки. Вспомнить хотя бы последнего, Колю Шахбанова– менеджера из транспортной компании. Ему никак не удавалось делать план и получать нормальную зарплату, так, минимум платили пару месяцев, а потом выгоняли. А он обижался и считал, что это начальники – дураки, ничего не понимают. Полгода Коля жил у меня, своего жилья у него не было. Когда он в очередной раз искал работу, мне приходилось еще и продукты на двоих покупать. А он меня любил, вернее, говорил с дивана, когда я сумки с едой приносила и за плиту вставала.