— Вы что, меня ударили?! Зачем?
— Захотелось, — убираю руки девчонки от ее лица и начинаю водить перед ее глазами пальцем из стороны в сторону.
— Следи за пальцем.
Как только подношу палец ближе к носу, та со всей дури трескает меня по руке.
— Уберите от меня руки! Вы кто вообще?
Состояние никакое, а сила у девчонки что надо. Пару секунд и на ее лице начинают происходить заметные метаморфозы. Сначала оглядывается по сторонам, затем смотрит на нас с Мариной. Видно, что начинает соображать, где находится. Потом ее взгляд падает на собственные ноги и именно собственный полуголый вид приводит девчонку в относительное сознание. Прекрасный, между прочим, вид. Стройные ножки, грудь, облаченная в коротенькую облегающую маечку. Ну и апогей всему-трусишки: маленький кусочек ткани с розовым зайкой посередине. Хм… интересно, а сколько хозяйке зайки лет?
— Мариша, кончай паниковать, жить будет.
Наливаю в стакан воду и подношу уже к укутавшейся обладательнице игрушечной живности на трусах.
— А теперь запоминаем главное правило, ребенок: пьем и писаем, снова пьем и снова писаем. И так до тех пор, пока не выведешь всю каку из организма. Пей, — послушная лапочка берет стакан воды и выпивает его залпом.
— Сколько ты выпила таблеток? И как давно?
— Не помню, вроде бы штук семь. Вы врач?
— Ну не так уж и много. Все, Мариша, принимай пациентку. Отпаивай, как следует и станет как новенькая. Ну а дальше к психиатру. С головкой видимо проблемы. Выздоравливай, зайчик, — обращаюсь к девчонке и покидаю комнату.
— Сережа, подожди минутку в коридоре. Я только кое-что у нее спрошу, не уходи, пожалуйста.
— Хорошо.
Прикрываю дверь, а самому жуть как интересно о причинах вчерашнего хождения в платье в плюс десять, ну и последующем поедании снотворного.
— Ты что творишь, а?! Что это вообще было? И зачем, Господи?! Ну, есть у тебя проблемы с отцом или что там, парень бросил? И из-за этого глотать таблетки? — слышимость, конечно, шикарная. Вот сейчас все и узнаю.
— Никто меня не бросал! И таблетки я выпила, потому что просто хотела заснуть! Я не самоубийца, тем более, как я могла оставить Феньку?!
— Не знаю как, но и твой вечерний приход без верхней одежды сложно назвать нормальным. Что все-таки случилось?
— Этот придурок Олег… в общем неважно. Все нормально, Марин, правда. Кто этот мужчина все-таки, врач?
— Не заговаривай мне зубы. Позже я тебе развяжу язык. И да, он врач. Пей воду и приводи себя в чувства. И подготовь вразумительную речь.
Дверь тихо приоткрывается, и я отхожу на пару шагов, чтобы девчонка меня не заметила.